Вандал (сборник)

А ведь неплохо устроился, гад! Пираты его владения не трогают, наоборот – даже прибыль от них, только вот… только вот – подло все это! Соседей своих закладывать – не по-людски! Он же ведь христианин, этот Нумиций, а чем занимается? Одно слово – сволочь, типа вороватых российских чиновников. Гнида гладкая.

– Месье Александр… Кажется, там они! – подбежавший антиквар отдышался, показывая рукою, да Саша и сам уже услыхал какой-то приглушенный шум за распахнутой створкой тяжелой двери.

– Ха! Мальчишка! – угрожающе кричал Миршак – кто же еще-то? Кричал нарочито громко – уж ему-то некого было бояться… в отличие от Ингульфа.

 – Я мог растоптать тебя, понимаешь? А могу… могу и поспособствовать кое-чему… Ты сам видел – на вилле мне доверяют. Быть может, я и сам скоро стану виликом, вместо старого черта Василина – тот же не вечен. О, мальчик мой, ты когда-то отверг мою дружбу… – кривоногий похотливо засмеялся. – Так вот, я вновь предлагаю ее тебе! Станешь моим любовником – и не будешь знать отказа ни в хорошей еде, ни в спокойной, необременительной службе. Поставлю тебя охранять дальнюю башню, там хорошее место, спокойное… Ну, иди же ко мне, иди…

– Но, господин Миршак… – голос юноши звучал как-то подозрительно плаксиво. – Я же приговорен!

– А ты вали все на своего бывшего дружка, этого дылду! – шумно дыша, Миршак снова расхохотался. – Вот сейчас… нет, не сейчас, милый мой, чуть погодя… мы с тобой пойдем к вилику, сообщим о готовящемся побеге! А утром хозяин тебя непременно простит, а этого длинного похотливца – казнит, как и собирался.

Кстати, знаешь, какая вам обоим уготована казнь?

– Какая же?

– Вас сначала кастрируют, а потом снимут с живых кожу… Так и оставят – умирать в муках!

– Но… – голос Ингульфа дрожал. – Это же не по-христиански!

Кривоногий хмырь ухмыльнулся:

– Между нами говоря, наш господин иногда ведет себя, как самый закоренелый язычник! Ну, иди же сюда, милый мой… Ах, какая у тебя нежная кожа! Что дернулся? Спина болит? Ах да, тебя ж били… И поделом – впредь не связывайся со всякими гнусами!

– Это кто гнус? – Александр решил, что настала пора вмешаться.

– Что? – Миршак – гнусная ухмылка его была хорошо видна в свете луны и звезд – обернулся. Глаза его округлились… сейчас закричит, позовет на помощь! Хм… если успеет!

Саша подкинул на руке подобранный рядом с сараем камень…

Впрочем, метнуть не успел – Миршак как-то странно дернулся, икнул… и тяжело повалился наземь, осторожно придерживаемый Ингульфом.