Саки. Книга вторая исторического романа «Скифы»

Причем если катиары откажутся избирать авхатского алдара и не явятся на собрание.

– Возможно, нам тогда стоит предложить Кинтасу стать вместе с тобой опекуном сына Патриса? – спросил, размышляя вслух, Таксакис. – Он ведь на самом деле его ближайший родственник, как и мы с тобой.

– Попробовать, конечно, можно, – с явной неохотой согласился Уазыр. – Только боюсь, что с ним потом хлопот не оберешься. Ты ведь знаешь, что твой зять не особенно ладил с Кинтасом. Поэтому и отправил с вами в Мидию не его, а меня.

– Ладно, это на самом деле нужно как следует обдумать, – согласился с его доводами алхонский алдар. – Тогда сначала попытаемся переубедить хонских и хамихатских дваров. С этого и начнем.

Таксакис сразу пожалел, что у него очень мало времени и почти нет возможностей воздействия на строптивцев. Тем не менее, он надеялся убедить большинство хонов избрать его внука алдаром и не отказываться от традиционного союза с массагетами. Именно военную помощь из-за Краукасиса алхонский алдар решил сделать своим главным оружием.

Глава третья

Узкая дорога, змеившаяся берегом горной речки, неожиданно уперлась в нависшую над бурным потоком скалу. Путникам пришлось спешиться и, взяв лошадей за узды, переправляться на другой берег. Из-за быстрого течения и скользких камней это оказалось непростым делом и все изрядно вымокли.

Переправившись одним из последних и садясь на коня, Батах наконец увидел сторожевую башню галуана[31 - Так по-осетински называется крепостное укрепление.

Хозяин встретил гостей у ворот галуана, возвышавшегося над его родовым селением.

– Рад тебя видеть в добром здравии! – приветствовал свояка Кинтас, обнимая Батаха. – Мне еще два часа назад сообщили о твоем отряде.

– А что с нами могло случиться? – удивился хамихатский двар. – У тебя что-нибудь стряслось?

– Да ничего серьезного. Просто недавно пришлось спалить одно непокорное селение горцев[32 - Имеются в виду горцы каспии, являвшиеся зависимым населением.]. Вот и приходится остерегаться… Да что мы тут стоим. Проходи в дом – ты, наверно, устал с дороги.