Сейтек, внук Манаса. Книга первая

Он решил глубже изучить своего родственника.

– Я женюсь на Чачыкей, – объявил во всеуслышание Канчоро.

Люди с удивлением переглянулись. Канчоро обратился к Эжебаю:

– Вы с Теобалбаном организуете наше бракосочетание, – напутствовал Канчоро. – Через пять дней.

– Хорошо, таксыр мой, – согласился Эжебай.

– Не позднее чем через пять дней Кыяз должен увезти в свои земли Айчурек, – сказал Канчоро и кивнул на Кыяза. – Она была невестой Толтоя, его брата. Теперь она принадлежит ему.

– Нет.

– Была, – Канчоро даже не повел бровью. – Теперь она станет добычей мстителей Толтоя.

Он обратился к Акжолтою.

– Ты что, родственник, – разозлился Канчоро, – приехал защищать семью Семетея?!

– Все-таки ты тоже один из членов его семьи, – ответил Акжолтой. – Духи предков нас с тобой покарают, если позволим Кыязу забрать Айчурек, тем более что она носит под сердцем потомка великодушного богатыря Манаса.

– Слышал, но я не верю, – сказал Канчоро. – Кыяз сам решит, что делать, если у нее родится ребенок от Семетея.

В это время в юрту вошли прислуживающие джигиты и начали стелить посередине дасторхан. Следом занесли еду в больших чашах. Молча начали принимать пищу, поглядывая друг на друга. Все решения Канчоро пришлись не по душе Акжолтою. Для него они были ошеломляюще дикими. У алайского хана пропало желание сидеть за одним дасторханом с предателями интересов самого Манаса.

– Слушай, Кыяз, – сказал Канчоро. – Ничуть не переживай. Если родится мальчик, отправишь его на небеса. А если родится девочка, калым заработаешь, когда она вырастет. Ты только следи за сроком беременности.

– Спасибо, Канчоро! – рассмеялся Кыяз. – Я сам как-нибудь разберусь.

Было жутко слушать дикие замыслы предателей. Акжолтой выскочил из юрты и только через некоторое время вдохнул глубоко. Ему казалось, что если дольше задерживать дыхание, то тело сможет очиститься от плохих мыслей…

* * *

Одна, большая, часть войска жедигерцев, как только предали земле тело старухи, пришла осаждать дворец Семетея во главе с Эжебаем и двадцатью балбанами, чтобы вывести Айчурек из дворца и вручить ее на «попечение» Кыязу.