Манас. У дружбы одно лицо. Книга пятая

Пришлось ему томиться в ожидании приема Эсенкана еще семь дней. На седьмой день в приемное помещение кагана зашла красивая девушка.

– Зря вы ждете кагана, ханзада! – Девушка говорила грустным голосом.

– Почему зря? – Алмамбет выпрыгнул со своего места. – Кто вы такая?

– Меня зовут Бурулча, – сказала девушка, при этом блестели ее черные глаза особенными лучами. – Дочь Эсенкана.

– Меня зовут Алмамбет, – представился джигит и задал вопрос. – Почему вы решились на разговоры со мной?

– Я о вас наслышана, – улыбнулась она, при этом ее тонкие губы растянулись по верхним краям ослепительно белых рядов приятных зубов.

С одной стороны самому Алмамбету было очень приятно слышать такие лестные отзывы о себе, тем более эти отзывы исходили из уст очаровательной девушки. Она своей красотой смывала с себя все знаки о том, что она дочь великого кагана калмыков, манжу и жунгаров. Алмамбету казалось, что девушка внеземной красоты не зря затеяла разговор с ним, а что стояло за этим разговором, сообразить пока он не мог.

– Я решила предупредить вас, ханзада, – опять ее голос стал грустным. – Отец вас не примет никогда. Он за эти семь дней побывал у вашего отца.

– Странно, – удивился Алмамбет. – О чем каган Эсенкан говорил с моим отцом?

– Что вы чуть не убили Конурбая, – голос у Бурулчы задрожала от волнения. – Надежду всех народов: калмыков, манжу и жунгаров, кто собирается встретить внешних врагов во главе с Манасом.

– Я об этом и должен переговорить с каганом, – начал оправдываться Алмамбет перед Бурулчой. – Я просто хотел его проучить за наглость.

– Ваше поведение принято каганом, – чуть не заплакала Бурулча. – Как предательство. И он укорял вашего отца за сына – предателя.

Да, теперь отец не погладит по голове. Предстоит тяжелый разговор. А что думает сама Бурулча. С одной стороны она выражала восхищение, а с другой стороны сообщила, что некоторые преподносили его поведение как предательство.

– Бурулча, – он посмотрел вниз и поднял глаза к ней. – А что вы сами думаете обо мне?

Ему показалось, что дальнейшая его судьба связана с ее мнением.

– Я знаю, что вы не предатель, – сквозила улыбка в слезах красивых глаз. – Я мечтала о таком женихе, как вы, от народной молвы о ваших подвигах и поступках.

«Да, Бурулча, да! Я твой жених!», закричало его сердце.