Повседневная жизнь петербургской сыскной полиции

Чулицкого, – за совместные архивные поиски и предоставленные материалы и фотографии из семейного архива;

– Веру Владимировну и Илью Павловича Старенок – за покупку редкой книги;

– Александра Борисовича Филиппова – за сделанные специально для этого издания фотографии;

– сотрудников Государственного архива Российской Федерации (далее – ГАРФ);

– сотрудников Российского государственного исторического архива (далее – РГИА);

– сотрудников Центрального государственного исторического архива Санкт-Петербурга (далее – ЦГИА СПб);

– сотрудников Центрального государственного архива города Москвы (далее – ЦГА Москвы);

– сотрудников Российской национальной библиотеки;

– сотрудников Российской государственной библиотеки.

Авторы приносят извинения, что из-за короновирусной пандемии не сумели отсканировать часть фотографий в библиотеках и архивах и вынуждены вместо них разместить изображения из открытых источников.

Авторы прекрасно понимают, что данная книга, как и всякая ей подобная, не застрахована от ошибок, неточностей, описок и опечаток.

А если вдруг, дорогой читатель, вы располагаете какими-нибудь материалами (дневниками, письмами, мемуарами, фотографиями и т. п.), связанными с деятельностью Петербургской сыскной полиции или с судьбами её чиновников, и готовы с нами поделиться, просьба связаться с нами по указанному выше электронному адресу.

1. Сыск до создания сыскной полиции

1.1. Допетровская эпоха

В современном мире расследованием преступлений занимаются государственные правоохранительные органы, сотрудники которых имеют профессиональную подготовку и наделены правами на проведение опросов и допросов, обысков, задержаний и назначение экспертиз. Однако так было не всегда. Трудно даже представить, что с Античности до восемнадцатого века раскрытием уголовных преступлений занимались сами потерпевшие, которые, самостоятельно собрав доказательства, обращались потом в суд и в ходе состязательного процесса пытались доказать вину подозреваемых ими лиц.

Согласно Русской Правде любые правонарушения – от неуплаты долга до убийства – рассматривались как «обиды».