Сюзерен

– Прикажете нагнать и добить их, сир? – Сей вопрос исходил от высокого рыцаря в синем бархатном панцире поверх стальных пластин – бригантине.

– Мои лучники готовы, сэр! – горделиво расправил плечи коренастый англичанин со светло-русой бородкой. – Сейчас сядем на коней и…

– Нет! – Молодой человек лет тридцати, стройный и сильный, сняв шлем, тряхнул густой шевелюрой.

Светлые латы его покрылись пороховой пылью, рука в стальной перчатке легла на эфес меча.

– Нет!

– Но… почему нет, сир? – почтительно спросил высокий рыцарь.

– Именно так, славный Ла Гир! – Молодой человек улыбнулся, но серо-стальные глаза его оставались вполне серьезными и выражали непреклонную волю, волю повелителя!

Даже не знавший страха доблестный шевалье Этьен де Виньоль по прозванию Ла Гир и тот потупился от такого взгляда.

А вот англичанин кивнул:

– Понимаю вас, сэр Джордж. Не нужно делать лишних мерзостей. Не хватало нам еще убить арагонского короля! Вот взять в плен – совсем другое дело.

– Вы-ыкуп! – презрительно скривился Этьен де Виньоль.

Славный Ла Гир в плен ради выкупа никого не брал, потому как страстью к пьянству и мотовству (как некоторые) отнюдь не страдал и в деньгах не нуждался.

– А пленять его еще рано. – Смешно коверкая французскую речь, молодой человек снова улыбнулся и тут же распорядился похоронить мертвых и оказать помощь раненым.

– Просто они еще не почувствовали всю нашу силу, – помолчав, пояснил «сэр» Джордж по-русски, обращаясь к пушкарю… даже к двум пушкарям: русскому мастеру Амосу из Новгорода и татарину – точнее, булгарину – Биляру Таис-мирзе.

Биляр хоть и был знатного рода, однако с детства проникся неудержимой страстью к артиллерии: к пушкам, гаковницам, ручницам и вообще ко всему тому, что взрывается и стреляет – в этом и нашел свою судьбу. И обрел надежного друга из тех, что неразлейвода – новгородца Амоса.

И ведь буквально во всем эти люди разнились: Амос – кривобокий, сухонький, чернявый, с черными, глубоко посаженными глазами, а Биляр – белокурый сероглазый красавец, сложенный, как какой-нибудь древний греческий бог; Амос – хохотун и рассказчик, Биляр же больше любил слушать, нежели говорить; Амос – чуть ли не из смердов, а Биляр – знатен.