Сталин. После войны. Книга 1. 1945–1948

Не торопясь прошел вокруг эскизов, повернувшись к скульптору, спросил:

– Слушайте, Вучетич, вам не надоел этот… с усами? – и показал мундштуком трубки в лицо полутораметровой фигуры.

– Это пока эскиз, – попытался кто-то заступиться за скульптора.

– Автор был контужен на фронте, но не лишен языка, – прервал Сталин и устремил взгляд на фигуру под целлофаном. – А это что?

– Это тоже эскиз, – ответил Вучетич.

– Тоже и… кажется, не то же, – заметил Сталин. – Покажите…

Вучетич снял целлофан с фигуры солдата.

Оглядев эскиз памятника, Сталин улыбнулся и сказал:

– Вот этого солдата мы и поставим в центре Берлина на высоком могильном холме… Пусть этот великан в бронзе, победитель несет на своей груди девочку – светлые надежды народа, освобожденного от фашизма.

Только знаете, Вучетич, автомат в руке солдата надо заменить чем-то другим. Автомат – утилитарный предмет нашего времени, а памятник будет стоять в веках. Дайте ему в руки что-то символичное.

Так было принято решение. Как и почти все, связанное с именем Сталина, эта история превратилась в легенду. Однако то, что именно Сталин порекомендовал скульптору заменить солдату автомат на меч, известно достоверно. Макет памятника скульптор направил в Ленинград, где изготовили 13-метровую 72-тонную фигуру Воина-освободителя.

Заметим, что хотя Сталин лично отклонил вариант своего изображения, на водруженном памятнике он все-таки присутствует. На стенах шестнадцати каменных саркофагов высечены его цитаты на русском и на немецком языках.

Будете в Берлине – обязательно зайдите…

Другая история с известным памятником, уже московским, точно так же стала легендой.

Творил в Советском Союзе скульптор Сергей Михайлович Орлов. Работал он в фарфоре, фаянсе и сухой глине. Его миниатюры в гротескно-лубочном духе раскрывали сюжеты русских сказок («Гусляр», «Лесовичок») или актуальные социально-бытовые проблемы («Беспризорник», «Любовь при НЭПе», «Хулиган танцует»). В 1935-м на Дмитровском фарфоровом заводе начали тиражировать его пепельницу «Обезьянка». В 1938 году Орлов создал триптих «Конек-Горбунок».