Персы. Книга первая исторического романа «Скифы»

А имея за спиной персидских азатов, ему было бы проще разговаривать с царем.

Смирившись с неизбежностью поездки, Дарий вспомнил усталое бледное лицо Артистоны, которую опять придется надолго оставить, и в сердцах выругался.

Глава вторая

Услышав в глубине царского сада смех, Отан решил посмотреть, кто бы это мог быть. Каково же было его удивление, когда сквозь зеленую листву деревьев он увидел дочь в обществе своего заклятого врага Спитака. Причем они о чем-то весело беседовали, что подтверждал несмолкающий смех Федимы.

– «Этого не может быть! – не поверил глазам Отан, зная, что дочь ненавидит мага[26 - Здесь и далее маг обозначает племенную принадлежность.] даже больше, чем он. – Но тогда почему она с ним?..»

– Федима! – не сдержавшись, сурово окликнул дочку Отан. – Иди сюда немедленно!

Но, к его изумлению, та лишь рассеянно посмотрела на отца и продолжила увлеченно слушать собеседника. Тогда разъяренный Отан решил сам к ней подойти, но не успел он сделать и трех шагов, как на него накинулась стража.

Возмущенный их нападением, Отан стал отчаянно отбиваться, но силы были неравными. И тогда ему ничего не оставалось, как попросить дочь вмешаться. Как жене Бардии, ей ничего не стоило остановить воинов, но в ответ он услышал лишь издевательский смех Федимы.

А тем временем лица стражников неожиданно превратились в страшные звериные морды, напоминающие те, что Отан видел на стенах египетских храмов. Их оскаленные пасти смердели, безумные глаза горели неистовой злобой.

И тут Отан проснулся. И еще долго лежал неподвижно в темноте, изгоняя из себя чувство страха, вызванное приснившимся кошмаром.

– «К чему бы это?..» – подумалось ему.

Отан не считал себя суеверным человеком, но при нынешних обстоятельствах дурной сон мог оказаться пророческим. Ведь бывший хазарпат так и не смирился с отставкой все это время, готовя ответный удар. Причем Спитак сам помогал ему, постоянно увеличивая число своих недругов среди персидских, да и мидийских азатов.

Оказавшись в опале, Отан поселился в Акбатанах, чтобы находиться в курсе происходящего при царском дворе. Но Спитак, словно почувствовав опасность, перенес место проживания царя в соседнюю с мидийской столицей область Ниссайю, что усложнило бывшему хазарпату связь с оставшимися при дворе единомышленниками, но не прервало ее окончательно.