Вендская Русь

Богомила, седого старика с морщинистым смуглым лицом и серо-голубыми глазами, они застали с полотенцем в руках. Удивившись столь раннему приезду князя, он отпустил юношу, помогавшего ему умыться, и пригласил гостя с ним позавтракать. Воевода хотел было уйти, но Вислав удержал его, кратко рассказав о нападении, после чего попросил верховного жреца помочь ему воинами.

– Ты полагаешь, даны продолжат свои бесчинства? – озабоченно поинтересовался Богомил.

– Такое тоже нельзя исключать, во всяком случае пока, – заявил осторожно Вислав.

 – Но даже если они уберутся восвояси, я считаю, пора преподать хороший урок всем этим любителям легкой наживы.

– Да, с нападениями разбойников нужно заканчивать, – согласился жрец и спросил у Ратибора, сколько воинов из дружины Световита он сможет передать князю.

– На данный момент мы можем снарядить только пять ладей, – доложил воевода, вопросительно посмотрев на Вислава.

– Этого будет вполне достаточно, – заверил тот.

Он надеялся, что его воевода Фрастен с местными жупанами и сударами[13 - Наименования руской знати, имевшей смешанное ободритско-велетское происхождение.

Кстати, от последнего названия происходит русское уважительное обращение – сударь.] соберут не меньше десятка ладей и трех сотен воинов.

– Значит, так и решим, – подытожил Богомил. – Через два часа ладьи должны быть готовы выйти в море, и усиль посты вокруг святилища. А мы с князем за это время узнаем, одобрит ли Световит наш поход.

Волеизъявление бога обычно выяснялось с помощью коня совершенно белого цвета, который считался одним из воплощений Световита.

Ухаживать за ним и обращаться к коню с вопросами мог только верховный жрец святилища.

Конюшня священного коня находилась рядом с храмом Световита, и ее посещение обычно занимало немного времени, поэтому Ратибор сразу же отправился выполнять распоряжения Богомила. Прежде всего ему следовало известить кормщиков, чтобы те готовились к выходу в море. Затем отправить воинов за пятидесятниками, причем одному из них, Остромиру, надлежало захватить с собой десятника Светослава.

Каждому из пятидесятников воевода намеревался поручить командование над двумя ладьями, а пятую должен был возглавить сын его побратима Светослав вместо пятидесятника Остромира, который из-за сломанной руки не мог участвовать в походе.

– …Оставшиеся два десятка своих воинов Остромир тоже передаст под ваше начало, – пояснил Ратибор стоявшим перед ним подчиненным.