Лоцман. Власть шпаги

И дом – справный, и… А что хром да стар – так это пустое. За кого мне у тебя, господин, выйти-то? Ну да, глянутся парни… некоторые. Так они скоро с тобой в поход уйдут… да там и головы сложат во славу государя нашего! Ведь может такое случиться?

– Может. Вполне. На то и война.

– Ну, вот. Так что уж лучше – Федор, – Серафима прикрыла глаза, размечталась. – Выйду за Федора, будет он меня холить да лелеять – сам про то говорил.

– Иди ты! – шутливо шлепнув девчонку по ягодицам, весело рассмеялся помещик.

 – Так он уже к тебе подкатывал?

Красавица дернулась, повела белым атласным плечиком:

– Ну а чего ж? Иль я не пригожа?

– Пригожа, пригожа, – пряча улыбку, успокоил Бутурлин. – Уж этого не отнять. Однако же…

Никита Петрович неожиданно замолк, однако ж Серафима продолжила за него, в милой порочности своей прекрасно осознавая, что именно хотел сказать барин. Тряхнув головой, сверкнула очами:

– Хочешь, господине, сказать, что не девственна? Ну да, не девственна.

Прошлолетось на сенокосе с парнями повалялась, чего ж. Однако ж нонче не старые времена!

А вот в этом дева была права, права полностью! Чай, не дворянка, не боярышня – на что ей девичья честь? Среди крестьян потеря девственности особым недостатком не считалась, да и женщину с ребенком молодому парню в жены взять – не позор. Главное – чтоб понесла, чтоб детей нарожала. А вот, ежели без детей, тогда – да, тогда – труба дело.

– Я вот еще что замыслила, Никита Петрович, – между тем продолжала девушка.

 – Коли воля твоя на то будет, так мы б с Федором на посад тихвинский перебрались, лавку открыли б или рядок.

Тут Серафима стала совершенно серьезной, даже насупилась:

– Ты, господине, не думай, в накладе не останешься. Мы те с лавки кажный месяц платить будем, сколь скажешь! Пусть и немного, однако же – постоянно, ага. Вернешься со службы – а тут тебе денежка.

– Денежка – это неплохо, – пригладив бородку, задумчиво протянул молодой человек.

 – Я б так и сделал, как ты сказала, однако же… Юрьев день-то государь давненько уже отменил, забыла?

Серафима спала с лица…

– Отменил, да… Я и запамятовала.

– Ничего, девица, не журись! – взяв девчонку за плечи, успокоил Бутурлин. – Что-нибудь да придумаем, да.

И впрямь тут надо было думать. Государевым сборником законов – «Соборным уложением» – переход крестьян от своих хозяев был строго-настрого запрещен.