Могусюмка и Гурьяныч

Особенная, неповторимая самобытность народных характеров и исторических событий, связанных с Белорецком и его окрестностями? Да, конечно. Но все-таки, наверное, все это не самое главное, ведь Н.П. Задорнов провел свое детство, – а детские впечатления, несомненно, самые яркие, самые дорогие, – в Сибири, и не просто в Сибири, а в Забайкалье, крае, не менее особенном и неповторимом, который славится как красотой природы, так и народными характерами и историческими событиями. «Детство мое прошло в городе, – напишет впоследствии Николай Павлович, – которому жизнь дали ссыльные декабристы, а потом, в Иркутске, я застал еще живыми людей, помнивших декабристов».

Повторяю, есть какая-то странная закономерность в том, что, например, Сергей Залыгин, родившийся в Башкирии, под Стерлитамаком, напишет роман о Сибири, ставший заметным явлением в современной советской литературе, а прекрасный роман о национальном герое башкирского народа Салавате Юлаеве, сподвижнике Емельяна Пугачева, напишет Степан Злобин, родившийся в Москве, и историческую повесть об одном из самых старых и самобытнейших заводов Южного Урала, о следующей странице дружбы русского и башкирского народов, яркими представителями которых были Гурьяныч и Могусюм, напишет уроженец Пензы Николай Задорнов.

Почему литературные памятники Салавату Юлаеву и Емельяну Пугачеву, Могусюму и Гурьянычу созданы не писателями, родившимися и живущими в Башкирии, не будь им в обиду сказано, которые, разумеется, глубже знали этот материал?

Может быть, чем глубже, чем лучше знаешь материал, тем труднее писать? Пожалуй.

Но это вовсе не значит, что легче писать, плохо зная материал. Тут дело в другом – видимо, свежим взглядом, когда в тебе накопился достаточный духовный и жизненный багаж, легче заметить, увидеть то самобытное, неповторимое, присущее только этому краю, что писателю, живущему здесь, иногда кажется если уж не обычным, то по крайней мере привычным. Но к этому особому взгляду готовит писателя вся его предшествующая жизнь, весь его предшествующий опыт, пусть связанный с другим краем. Тем более если тот край очень похож на Башкирию.

Весной 1982 года Николай Павлович Задорнов приезжал в Уфу в связи с подготовкой этой книги к печати, мы пытались на улице Аксакова найти дом, в котором он жил после Белорецка, работая корреспондентом «Красной Башкирии».

– Почему все это произошло именно в Белорецке? – переспросил он сам себя. – Конечно, эго случайность, что я оказался в Башкирии, и тем более уж в Белорецке.