Разбойник Чуркин. Том 3. Возвращение

Более часу оставался Лукич с Чуркиным в вертепе, желая не тем, так другим задержать туповатого разбойника, но дело не выходило. С какой-то досадой спросил он:

– Сколько с нас следует?

– Четвертная бумажка только, – отвечали ему.

– Получите, – выкидывая кредитку, сказал он, взял Чуркина под руку и вышел с ним из дому.

– Кажись, потеплело и метелица поунялась, – качаясь из стороны в сторону, ворчал Чуркин.

– Может быть. С пожара опять сюда заглянем? – выразился Лукич.

– А что мы здесь забыли?

– За тобой угощение осталось.

– Верно, пожалуй, завернём, – усаживаясь в сани, ответил Чуркин.

Лукич, в свою очередь, хотя был и трезв, а казался под хмельком. Чуркин только ухмылялся на его хитрости.

– Милые, действуй! – тряхнув вожжами, вскрикнул кабатчик и вскоре выехал в поле, за ту слободку, из которой только вернулись с работы его седоки.

Глава 133.

Лихо ехал на своих конях содержатель кабачка Лукич, не зная того, какая беда висела над его головою. Седоки его, важно развалясь в саночках, о чем-то перешёптывались.

– Кистень-то ты подальше положи, он теперь не нужен, – шепнул каторжнику его сосед.

– Разве сам думаешь уходить его? – вопросил тот.

– Ну, да, сам.

В рту минуту Лукич уже миновал городскую слободку, выехал в поле, тряхнул вожжами, и кони ещё быстрее понеслись вперёд.

– Куда же ты нас везёшь? – как бы ничего не зная, крикнул ему разбойник.

– На пожарище, вонь видите, головни его ещё тлеют, – ответил он.

– Видим, видим, вали во всю.

– Эх вы, голубчики, не осрамите хозяина, выручите! – кричал он, поворачивая лошадей с дороги в сторону, где тлелись остатки домика ворожеи.

– А знаете, кто в этом домике жил? – останавливая коней, сказал Лукич.

– Нет, а что? – проговорил Осип.

– Не с тобой говорят, ты уж сиди, – обратился он к нему.

– На то у меня и язык, чтобы говорить, – огрызнулся каторжник.

– Я вот купцу говорю, а не тебе.

– Кто же тут жил? – переспросил Чуркин, толкая в бок Осипа, чтобы тот молчал.

– Колдунья, вот кто, её весь город знал.

– Вишь ты, колдунья, а сгорела.

– Поджёг кто-нибудь.

– Может быть.

Около пепла сгоревшей избушки не было ни души;, от постройки осталась в целости только одна печка с торчавшей над нею трубою. Лукич слез с козёл, вышел и Чуркин. Осип последовал за ними, завернув вожжи за оглоблю, чтобы лошади не ушли.