Разбойник Чуркин. Том 2. В Сибири

– А закусить не прикажите ли чего приготовить?

– Нет, у меня есть своя провизия.

– Наум Куприяныч, прикажи разогреть самоварчик, – обратился урядник к разбойнику.

В избу вошёл Осип с кучером его благородия.

– Осип, поставь самовар! – сказал Чуркин.

– Сейчас, – ответил тот.

– А потом сходи к старосте и попроси его сюда, скажи, что помощник исправника его требует.

Глава 67

Осип поставил самовар, накинул на себя халат и отправился к старосте. Помощник исправника поглядел ему вслед и спросил у Чуркина.

– Что это за человек?

– Работник мой, – отвечал тот.

– Рыло-то у него весьма непрезентабельное: волком выглядывает.

– Таким уж он уродился.

– А этот молодец, здешний или ночлежник? – показывая глазами на приказчика, осведомился его благородие.

– Со мной из Тагильского завода приехал, – пояснил урядник.

– Знать, по делам или так за компанию?

– Да-с, по торговой части.

– Далеко отсюда до Тагильского завода?

– Вёрст шестьдесят будет; это так, глазомерно считают; дорога не столбовая, лесом больше приходится ехать.

В избу вошёл староста деревни, а за ним явился и Осип. Староста поклонился всей компании и остановился у дверей.

– Ты здесь староста? – спросил у него помощник исправника.

– Так точно, я буду, – сказал мужичок.

– Подойди сюда поближе, да отвечай мне на вопросы.

Тот подался вперёд.

– Не слыхал ли кто у вас об убитом Жохове? – сердито спросил его благородие.

Староста в испуге обвёл всех присутствующих глазами, почесал затылок и не знал, что отвечать.

– Слышишь, что я у тебя спрашиваю?

– Как не слыхать, слышу.

– Так что ж ты не отвечаешь?

– У нас об этом ничего не слыхать.

– И вы не видали никакого купца?

– Нет, не видали.

– Ну, не проезжал ли кто-нибудь на паре лошадей?

– Как не проезжать! Мало ли едут, да мы их не опрашиваем, кто они и откуда.

– От них, ваше высокоблагородие, ничего никогда не добьёшься, такой уж народец, – заметил урядник.

– Пошёл вон! – крикнуло на старосту начальство.

Тот вышел. Осип взялся было за самовар, чтобы по ставить его на стол, но кавалер, приехавший с его благородием, оттолкнул его, взял самовар и отнёс его на стол. Осип злобно поглядел на него и вышел из избы, заскрипев зубами. Его благородие достал из походной своей шкатулки чайные принадлежности и принялся потягивать китайское зелье, пригласив к столу за компанию урядника.