Горький сентябрь

 – И чего тебе? Опять винтарь бросишь и руки кверху.

– Да-к это, у меня магазин пустой… – забормотал ефрейтор.

– Не бреши! – сержант матюкнулся. – Сдрейфил, сука…

– Ну, прости, сробел, – ефрейтор опустил голову. – И опять же подыми я винтовку, немец бы враз пальнул…

– Так я ж стрелял, – в голосе сержанта послышалась примирительная нотка, и сразу уловивший её ефрейтор горячо заверил:

– Я им, гадам, ей-богу, не сдамся. Тоже стрелять буду. – И ефрейтор принялся торопливо менять и вправду пустой магазин своей СВТ.

– Ну, тогда идём, – сказал сержант и, сторожко обходя большой куст, пояснил: – Там на охвостье[5 - Окончание острова.] я колоду видел. Стащим в воду и сплывём по течению. Оно само к нашему берегу вынесет.

– Так это ж другое дело, – обрадовался ефрейтор и, крепче перехватив СВТ, пошёл за сержантом…

* * *

Стоя перед стратегической картой всего Юго-Западного фронта, начальник оперативного отдела полковник Баграмян напряжённо думал. Эту карту офицеры его отдела срочно изготовили к заседанию Военного совета фронта, нанеся на неё всё, что к настоящему моменту было известно о противнике.

Карта получилась большая, в комнате, где намечалось проведение заседания, подходящего стола не было, и тогда оперативники повесили её просто на стену.

С пугающей ясностью она показывала, что на правом берегу Днепра, кроме Киевского укрепрайона, других плацдармов у Красной армии нет. Да и этот, единственный пока, успешно удерживаемый участок ограничивался первой линией оборонительного обвода, дуга которого длиной в семьдесят километров своим правым и левым флангами упиралась в Днепр.

На этой карте зримо вырисовывался опасный контур возможного немецкого наступления, грозившего окружением Киева. Для реализации такого плана у немцев предпосылки уже наметились. Особое беспокойство вызывали плацдармы: Окуниновский, с оказавшимся в руках немцев неповреждённым мостом, и Кременчугский, где противник, высадившись сначала на острова, сумел захватить и прибрежную полосу.

Звук открывшейся двери заставил поглощённого изучением карты Баграмяна отвлечься.

Полковник обернулся и увидел пришедшего первым члена Военного совета невысокого и улыбчивого дивизионного комиссара Рыкова. Однако сложившаяся к этому времени обстановка не сулила ничего радостного, и потому, усаживаясь, член Военного совета невесело поинтересовался:

– Над чем колдуете, Иван Христофорович?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».