Кондотьер: Ливонский принц. Король. Потом и кровью

– Вот что, Анри… – сделав пару глотков, Арцыбашев глянул на своего учителя с хитроватым прищуром. – Вы мне кажетесь человеком опытным… Опытным для того, чтобы помочь мне в одном очень важном деле.

– Готов выполнить любой ваш приказ, сир! – вскочив, снова поклонился месье Труайя.

– Мне срочно требуются люди, умелые воины, из тех, кого именуют злыми рубаками… Ну, ты понимаешь, Анри.

– Вы говорите о ландскнехтах, ваше величество?

– Да, о них, – «король» поставил бокал, и сорванный ветром листик вербы медленно опустился в недопитое вино.

– И среди наемников есть люди чести, государь, – с большим достоинством ответил мастер. – Надо лишь поискать.

– Вот и поищи, дорогой Анри, – Леонид вытащил упавший в бокал лист.

– Понял, ваше величество. Сделаю все!

* * *

Ветреным, но солнечным днем 21 августа 1570 года набранное «ливонским королем» на деньги русского царя войско в количестве одной тысячи человек с великой помпою подошло к Ревелю. Реяли над головами воинов зелено-желтые ливонские флаги, покачивались перья на высоких шлемах, в кирасах отражалось солнце. Дующий с моря ветер играл белыми барашками волн, невдалеке, на рейде, стояли два торговых судна.

– Шведы, – угрюмо покачал головой месье Труайя. – Видать, плохи дела у нашего Карстена, коль вот, пожаловали. Если будут привозить продовольствие из Стокгольма, ревельцы вряд ли сдадутся.

Леонид и сам это все понимал, даже куда лучше, чем прочие. Знал из истории, что Ревель никто сейчас не возьмет – ни поляки, ни русские. Так он и останется шведским вплоть до самого Петра. Да и не хотел он штурмовать мощные стены будущей эстонской столицы, не хотел проливать кровь – ни своих ратников, ни горожан – не хотел и не собирался.

Ревель в те времена считался довольно большим городом, насчитывал около восьми тысяч жителей, из которых подавляющее большинство составляли немцы. Если отбросить женщин и детей, то осажденные могли выставить на стены около трех тысяч ратников – против тысячи ливонского «короля», так что тупой штурм был бы настоящим безумием, тем более что «Магнус» не позаботился о достаточном количестве мощных пушек.