Император

Опасен зело!

– Знаю, что опасен, – согласно покивал князь. – Он свою империю строит… точней – возрождает, мы – свою. Европа маленькая – двум медведям в одной берлоге не ужиться. Вот Сигизмунд и замыслил нас с Ганзой да с орденскими немцами стравить. Не первый же раз такие случаи! Еще и под свеев сработали, помните? Но тут мы сие за правду приняли – свеям ведь есть за что нам мстить – за Стокгольм разрушенный, за Або. Кстати, надо бы на Стокгольм им деньжат подкинуть – есть ведь!

– Ой, – закручинился святой отец.

Егор подбоченился:

– Если лично я привезу – возьмут.

– Да, господине… тебя они уважают.

– Было б неплохо и к тевтонским немцам заехать, – на ходу соображала Елена. – И в Ганзу – прямо по городам самым важным – в Любек, Росток, Гамбург… А еще… – Тут княгиня вдруг хлопнула в ладоши. – Еще б и по немецким землям… что там рядом-то? Бранденбург?

– Я б и до Трира с Майнцем добрался, – усмехнулся Егор. – Уж не сомневайтесь, настропалил бы всех – хватит Люксембургам воду в Европе мутить, пора уже нам ими заняться, иначе как бы не поздно было!

Сказал, как припечатал, – и Симеон, и супружница молча согласились.

– Тевтонский магистр Генрих фон Плауэн да ганзейские ратманы меня в лицо знают, – в возбуждении прохаживаясь по горнице, прикидывал князь. – В Стокгольме – тоже еще не забыли…

– Ой, не надо бы сейчас такой памяти! – Елена бросила в рот засахарившийся кусочек меда – так делала с недавних пор, когда уж очень хотелось погрызть ногти.

– Ничего, – успокаивающе улыбнулся Егор. – Главное, чтоб свеи силу нашу помнили. А они – помнят! Я им против датчан помощь предложу, а потом уж и в Бранденбург или к саксонскому курфюрсту подамся, мы ведь знакомы. Он меня и другим фюрстам представит. Что ты так смотришь-то, Елена? Сама ведь понимаешь, что мне лично – ехать.

– Да уж, понимаю. – Княгиня вздохнула, как вздыхала бы всякая добропорядочная жена, которой предстоит долгая разлука с мужем. И так же, как любая жена, сказала: – Ты береги там себя!

Егор чмокнул супругу в щеку:

– Ты про мои видения не забывай, милая. Знаешь ведь, все опасности я предвижу и сразу на них реагирую.

– Да знаю, – тихо согласилась Елена и еще тише добавила: – Может быть, потому-то ты до сих пор и жив.