По велению Чингисхана. Том 2. Книга третья

Зато о монголах, которые тогда еще воевали друг с другом, разделившись на десятки мелких враждующих групп, и близки были к вымиранию, заявил, что за ними – будущее. Недоверчивый ко всем правителям, он поверил в Темучина, как только пошла о нем молва: «Монгольский вождь поднял знамя древнего закона, единого для всей Степи. За ним – непреодолимая сила». Это сейчас для всех очевидно, а в те годы его слова многими воспринимались как старческий бред или даже предательство. И уж совсем казалось это немыслимым делом, когда Хайдар, возвращаясь из Китая, специально сделал крюк, чтобы встретиться с Тэмучином, а потом почти никому еще неизвестному юному Хану, сильно пострадавшему в войне с кэрэитами, стал помогать деньгами и товаром.

– Пусть другие говорят, что хотят, а я вижу: выдающийся отрок подрастает! Стоит ему окрепнуть, стать на ноги, – равных Тэмучину не будет! Чем раньше люди это поймут, пойдут за ним, не оглядываясь, тем лучше. С Тэмучином мы, худые монголы, можем высоко подняться! Только бы дожить до этого, не пасть где-нибудь.

Это сейчас все стали называть себя монголами. А в те времена гордились принадлежностью к совершенно разным народам, несмотря на легендарную Моголджин-хотун – общую праматерь. Игидей тогда с удивлением услышал, как старик причислил себя к монголам, так и сказав: «мы, монголы».

С той поры купец Хайдар начал выспрашивать у Игидея про Тэмучина, его окружение, родных, происхождение, хотя, как скоро выяснилось, он и сам все знал прекрасно.

Теперь стало ясно: старик заранее предвидел, куда повернет история, именно потому и выбрал Игидея в зятья. На самом же деле ничем он особым не отличался: таких, как он, у Хайдара было хоть отбавляй. Правдивый, честный, простой и верный данному слову Игидей превосходил других одним: кровной близостью с Тэмучином.

Купец Хайдар был стариком молчаливым, подавляюще действующим на окружающих людей, видным.

Раскрывался редко: заводил разговор обычно только во время дальних путешествий.

– Ты по чему, по каким признакам предрекаешь Тайан-Хану бесславный конец? На мой взгляд, сидит он прочно. Если не считать их мелкой размолвки с Кучулуком, кажется, нет никакой силы, способной противиться ему.

Старика, кажется, заинтересовал вопрос зятя.