Перекрёстки. Книга первая

И там уже – «В Людях», возглавят группы пассионариев, чтобы формировать Добро и Зло, взаимно уничтожая друг друга, и втягивая в свои ряды – массы. Тоже для уничтожения друг друга! – Что делать?! – Пассивный ноль – самое стабильное состояние материи. – Кажущееся!!!

Повыше, на более устойчивой и поплотнее туче сидели старшие наставники и духовные отцы ангелят и дьяволят, и готовились вести то ли не предназначавшуюся к любым событиям беседу, то ли решали извечные мировые вопросы.

Вопросов было много, разноречий к каждому вопросу тоже много.

Для удобства, чтоб не спугнуть ситуацию, не станем выяснять кто они и будем называть их Первый и Второй.

Это был единственный случай, когда действия предпочтительней согласовывать, хотя каждый из них до сих пор только вставлял друг другу, как сказали бы на Земле, палки в колёса.

Но так казалось земным обитателям. На самом деле – работал заложенный в их сущность основной регулятор. – Если где-то сильно разгоралось, то включался своеобразный кран с водой.

Если рассмотреть любую ситуацию поглубже – в основном они тянули воз к единой цели, каждый по своим возможностям и понятиям.

Недаром существует постулат: «Все имеет своё начало и свой неизбежный конец»! – Значит воз они тянули, или к концу устаревшего начала, то есть – к неизбежному концу, или к новому, может быть, даже им неизвестному началу!

Молчание затянулось и пришло время, когда оно становилось неуклюжим.

Несмотря на то, что они участвовали на практике в общем деле, быть безучастными соседями друг к другу и находиться рядом, продолжительное время не могли. Каждый был на разной стороне баррикад, или вернее – на разной стороне одной и той же медали.

Стараясь победить друг друга, они понимали, что таким победным актом побеждают и самого себя, добавляя силы друг другу. И так могло продолжаться вечно! – Могло ли?! – Ведь она, в общем-то, Жизнь! Если Она Жизнь… а не голограмма!

Второй, очень красивый и талантливый, как с выгравированной мускулатурой, просматриваемой сквозь одежду, в чёрной, расшитой золотыми нитями мантии, достал из кармана курительную трубку и кисет.