Избранница весны

Девушки мечтают о надежном мужчине, и не важно каким по счету он у нее станет: первым или двадцатым. И вообще, откуда такое желание стать отцом? Что за навязчивая идея?

По всем моим наблюдениям у Кристиана в голове гулял не просто ветер, а буйный ураган. Таким как он не то что нельзя детей заводить, приближаться на сто метров воспрещалось.

– Возраст, знаешь ли, подходит, – неожиданно став серьезным, ответил парень.

– Неужели сороковник скоро стукнет? – съязвила я, хотя внешне моему похитителю больше тридцати не дала бы.

– Тысяча, моя дорогая. Тысяча.

Серьезный тон, с которым это было сказано, я не оценила, в очередной раз фыркнула. Что ж не десять-то сразу?!

– Опять ваши сектантские прибаутки, – протянула я, начиная уставать от разговора. – Кристиан, давай на чистоту. Всю вашу религиозную чушь про мою священную девственность можешь засунуть себе глубоко в задницу. Я скорее сдохну, чем позволю тебе еще раз себя коснуться. Хватит, видали мы таких ответственных отцов, моя мать уже настрадалась от одного курортника, певшего сказки про звезды и романтику.

Я не собираюсь потом обрюхаченная оказаться где-нибудь в одиночестве на трассе, не помня кто я и что я. Так что давай-ка ты побыстрее вернешь меня домой, а я в благодарность даже забуду о вашей секте и не побегу писать заявление в полицию.

Ни один мускул не дрогнул на лице этого засранца, пока я произносила этот в высшей степени гневный монолог. Лишь стоило мне закончить, он щелкнул пальцами и позвал кого-то из пустоты:

– Майский, будь добр принеси нашей гостье стаканчик воды и пять таблеток валерьянки.

Ей нужно успокоиться!

Не успела моргнуть, как в спальню ворвался ярко-зеленый вихрь, неся в призрачных руках обычный граненый стакан и блистер с лекарствами.

Я икнула.

Очередное нечто, похожее на то, что Лионна обзывала Элементалем, поставило передо мной на столик воду и вопросительно замерло в десяти сантиметрах от пола.

Я икнула еще раз и шумно втянула ноздрями воздух, пытаясь начать дышать спокойнее.

Как выяснилось зря, к зрительным галлюцинациям прибавились еще и обонятельные. Майский пах свежей травой, дождем и озоном, после грозы.

– Все еще считаешь нас сектой? – ехидно поинтересовался Кристиан, оценивая мою реакцию.

Я же перекрестила Майского три раза и даже начала “отче наш” вспоминать. Не помогло. Зеленый вихрь все так же болтался в воздухе и исчезать не собирался.

– Этому должно быть объяснение, – пробормотала я. – Что угодно, только не магия.