Ветвь Долгорукого

Иосиф поклонился своему учителю и ушел.

– Твой друг был? – Рамбам почему-то очень внимательно всматривался в лицо Олексы.

– Да… мой, – ответил Олекса, ему было не по себе, что его так рассматривают, словно какое-то диковинное существо.

– Поздно ты доставил его к нам… Стрела была отравлена ядом змеи, – вздохнул Рамбам. – Возможно, такой же змеи, какой воспользовалась покоренная, но гордая царица Клеопатра, не желая подчиниться императору Рима Октавиану Августу… А ты не Али ибн Ибрахим, – вдруг без обиняков сказал Рамбам Олексе, – ты европеец… Только из какой страны?

– Я русский, – сразу же признался Олекса, видя, что скрываться от внимательного взгляда столь уважаемого человека бесполезно.

– Рус… рус… Киев! – уже как-то мягко и ласково сказал Рамбам, ему явно понравилась откровенность молодого человека. – Я тоже европеец, родился в Кордове, есть земля такая – Испания… Теперь она под маврами, а как будет дальше, один Бог знает… Мы с тобой почти земляки!.. Я в Кордове родился, – повторил он, – да и какая разница, где родился! Где бы еврей не родился, он должен остаться евреем, как ты русским… Вот ты и здесь, далеко от родины, среди мусульман и иудеев, но ты русский и христианин, не так ли?

– Так, – кивнул головой Олекса.

Вопрос «где родился?» был весьма болезненным для Моше бен Маймона. Он был назначен религиозным руководителем египетской еврейской общины, которая и должна была утвердить это назначение. Но местный начальник Сар Шалом бен Моше ха-Гаон бен Нетанель Шестой был против на том основании, что Рамбам родился в Европе, а не где-нибудь в Египте или на задворках Палестины.

– Православный, – повторил Рамбам, – стало быть, от Иисуса Христа идешь… Когда Бог сотворил мир, он воскликнул: «Как хорошо!» Но в этом созданном им мире было и добро и зло… И это зло использовали невежественные люди, распяв на кресте твоего Христа… Да, – вспомнил Рамбам, – ты, говорят, хороший шахматист!.. Игра, выдуманная индийцами, занятная… У нас игра в шахматы пользуется большим вниманием, поэтому тебе придется встретиться с самим визирем… Не трусишь?

– Ну, чему бывать, того не миновать, так говорят у нас, на Руси.

– Иосиф отведет тебя к визирю аль Кади аль-Фадилю… А друга надо похоронить достойно, как воина… Прощай, Али ибн Ибрахим, или как тебя? – улыбнулся Рамбам.