Золотой скальпель

Золотой скальпель

Николай Фёдорович Шахмагонов

В книге рассказывается о выдающемся советском военном хирурге, Герое Социалистического Труда, полковнике медицинской службы Михаиле Филипповиче Гулякине, прошедшем фронтовой путь от начальника медицинской службы парашютно-десантного батальона 1-й воздушно-десантной бригады 1-го воздушно-десантного корпуса до ведущего хирурга 38-го гвардейского медсанбата 37-й гвардейской стрелковой Речицкой дважды Краснознамённой орденов Суворова, Кутузова 1-й степени и Богдана Хмельницкого дивизии.

На счету хирурга десятки спасённых жизней воинов-десантников во время дерзких десантирований и рейдов по тылам врага в ходе Московской битвы, хирургические операции под бомбами и артогнём в междуречье Дона и Волги, в огне Сталинграда, в период освобождения Отечества от немецко-фашистских оккупантов. За 4 военных года хирург сделал около 14 тысяч операций, в числе которых – 2500 по поводу ранений в грудь и 700 – в живот. О важнейших из них рассказывается в книге.

Николай Шахмагонов

Золотой скальпель

21 июня 1941 года. Последние мирные учения.

Тёмно-зелёный автофургон с красными крестами, хорошо различимыми на фоне огромных, чуть ли не во все борта белых кругов, промчался по пыльному большаку, оставляя за собой плотную серую завесу. Свернув на ухабистую лесную дорогу, затенённую пышными кронами деревьев, затормозил в редколесье, которое начиналось спуском в балку, поросшую орешником.

– Кажется, приехали, – сказал, высматривая что-то впереди, бригадный врач Боцманов.

 – Машину в кустарник и замаскировать, – приказал он шофёру.

Приоткрыв дверцу, высунулся из кабины и, отыскав глазами едва заметную тропинку, что убегала от дороги, теряясь в гуще кустов, ступил на подножку кабины и спрыгнул на землю.

Водитель заглушил мотор, и в наступившей тишине стало отчётливо слышно звонкое щебетание птиц и весёлое, мелодичное журчание ручья, что струился в малиннике на дне балки.

– Какие будут распоряжения? – спросил водитель.

– Машину поставьте в орешнике и замаскируйте хорошенько, – повторил он уже отданное распоряжение и прибавил: – Ждите меня здесь. Я пойду в медсанбат.

По извилистой тропинке Боцманов спустился в балку, напился из ручья студёной воды, огляделся и прислушался.

«Не ошиблись ли мы с шофером? Не сбились ли с пути? Та ли это балка?» – засомневался он, поскольку никаких признаков расположения крупного подразделения не было заметно.