На волжских рубежах. Сталин и Сталинград

И тогда, в сорок пятом, глядя на фотографию в газете, он сказал Гостомыслову:

– Боже, а ведь это, именно это мне приснилось в мае сорок второго. Был сон, который я недосмотрел, потому что разбудил твой звонок…

Гостомыслов улыбнулся и сказал:

– Устал ты, Афанасий, устал. Постараюсь отправить тебя в отпуск. Езжай в свои таёжные края, выспись, отвлекись от всего… Ты это заслужил, ну а уж потом…

Но это было три года спустя. А пока Ивлев спешил к Гостомыслову, пытаясь всё-таки понять, почему именно Тимошенко и Хрущёв приснились в обличии предателей.

В ведомстве, в котором служил Ивлев, решались многие задачи. Личная секретная разведка и контрразведка Сталина работала незаметно, но работала действенно, где-то дополняя, а где-то и превосходя другие подобные службы.

Открыл дверь в кабинет Гостомыслова:

– Разрешите?

– Давай-давай, заходи, Афанасий. Тут, пока ты до меня добирался, новая вводная.

Он сделал паузу.

– Слушаю, – проговорил Ивлев совершенно спокойно, мало ли вводных в их ведомстве.

– Тебя вызывает Верховный…

– Что ты сказал? – недоверчиво переспросил Ивлев.

– Вызывает Верховный, и я думаю, ты догадываешься, по какому вопросу… Его заинтересовало сообщение, переданное твоим агентом о том, что на весну-лето сорок второго готовится измена на одном из направлений, равная предательству сорок первого…

Да, действительно, такое сообщение Ивлев получил от своего агента в абвере от внедрённой туда в самом конце контрнаступления Красной армии под Москвой милой девушки Насти, внедрённой чудом, о котором ещё предстоит не раз вспомнить.

Так вот в сообщении говорилось, что шеф Насти полковник Ганс Зигфрид в разговоре с прибывшим к нему из вышестоящего штаба Куртом Хагером заметил, что нелегко будет летом сорок второго, по всему большевики собираются развернуть наступление на широком фронте.

На что Хагер сказал, махнув рукой:

– Ничего не выйдет… Готовим русским серьёзный котёл. От такого поражения они не оправятся.

Не перевелись ещё те, кто хочет послужить фюреру…

А вот кто, Хагер не сказал. Впрочем, подробности о том, как происходил разговор, Настя не сообщала. Донесения приходят предельно сжатыми.

Ивлев тут же положил шифровку на стол Гостомыслову, Гостомыслов лично отнёс его генералу Лаврову. И вот результат – вызов к Верховному.

А Гостомыслов между тем уточнил:

– Поскрёбышев звонил. Попросил, чтобы полковник Ивлев был в готовности к вызову к Верховному.