Друзья Пушкина в любви и поэзии

Дружба с Александром Ивановичем Тургеневым (1784–1846) продолжалась до кончины Тургенева.

Тургенев был хорошо знаком с Пушкиным и многими друзьями Пушкина, в том числе и с князем Петром Андреевичем Вяземским. Он был в квартире Пушкина в траурные дни после дуэли, и он сопровождал гроб Пушкина в Михайловское.

Пушкинист Вадим Старк пишет: «И тот человек, который первым встречал Пушкина в Петербурге, Александр Иванович Тургенев, который помогал с определением в Лицей, (…) он же будет провожать траурный кортеж с телом Пушкина по просьбе Натальи Николаевны, а, точнее, даже по указанию Николая Первого, потому что она хотела, чтобы Данзас это сделал, но Николай Первый считал, что тот виновен, должен понести своё наказание и предложил, чтобы (кортеж провожал) Александр Иванович Тургенев.

Были в числе университетских друзей Блудов, Дашков, Уваров и другие, впоследствии известные люди.

Именно в пансионе, где большое значение уделялось творчеству воспитанников, Жуковский в 1797 году написал «Мысли при гробнице». Эти мысли навеяло печальное дня него известие о смерти старшей сестры и крёстной Варвары Афанасьевны Юшковой.

А потом были опубликованы «Майское утро» (1797), «Добродетель» (1798), «Мир» (1800), «К Тибуллу» (1800), «К человеку» (1801) и другие. Тогда же попробовал свои силы и в переводе романа Коцебу «Мальчик у ручья» (Москва, 1801).

Вот, казалось бы, «Майское утро» – гимн Природе, её красотам:

Белорумяна

Всходит заря

И разгоняет

Блеском своим

Мрачную тьму

Черныя нощи.

(…)

Грезы, мечтанья,

Рой как пчелиный,

Мчатся за ним.

(…)

Бабочка пестра

Вьётся, кружится

И лобызает

Нежно цветки.

(…)

И вдруг… Философские строки. Откуда, ведь идёт 1797 год, и Жуковскому всего 14 лет!

(…)

Жизнь, друг мой, бездна

Слёз и страданий…

Счастлив стократ

Тот, кто, достигнув

Мирного брега,

Вечным спит сном.

Но вот 1795 год. Жуковскому 15 лет. И снова удивительные, не по возрасту серьёзные строки… «Добродетель»…

Под звёздным кровом тихой нощи,

При свете бледныя луны,

В тени ветвистых кипарисов,

Брожу меж множества гробов.

Повсюду зрю сооруженны

Богаты памятники там,

Порфиром, златом обложенны;

Там мраморны столпы стоят.