Вера, Надежда, Любовь, или Московская фантасмагория

Люба погладила прохладный ствол уже совсем распустившегося тополя.

– Ника, смотри, какой красивый да стройный стал твой тополек. Хоть бы не сломали его. Ну все, поехали домой уже.

– Мам, подождите, там что – то есть.

Николка пошел к железной складской изгороди. Он нагнулся и стал что – то доставать из зарослей молодой крапивы.

– Смотри, мам, это же…

В руках у него был портфель из черной кожи, весь в бурых пятнах от сырости и прилипшей грязи.

– Боже мой, это же Валерика портфель, – Вера подбежала к Коле и выхватила портфель у него из рук, – ну конечно, он же поехал с ним тогда в институт, как он тут оказался?

Она попыталась его открыть, но проржавевший замок не поддавался.

– Любочка. Может ты попробуешь?

– Да, Верунь, действительно Валеры портфель. Нет не открыть, замок заржавел.

– Ника, давай отмоем его. Пойдем к пруду и принеси из дома какую – ни будь тряпку, только чистую. «Как он тут оказался? – повторяла она, – я же была здесь недавно, как же я его не заметила?»

Коля принес старую наволочку.

– Ох и леденящая вода, аж руки онемели. Надо все таки как – то открыть его, Никола, может у тебя получится?

– Да ладно, мам, дома откроем. В замок надо машинного масла накапать, которым ты свою машинку смазываешь.

– Ну вот, вроде оттерла немного. Столько лет он с ним и в школу и в институт ходил. Слушай, Ника, его ведь, наверное, в милицию надо отнести, как думаешь?

– Зачем, мам? Заберут ведь…

– Нет, Ника, надо отнести.

– Да ладно, мам, поехали лучше домой, а то вон туча собирается, еще под дождь попадем.

– Нет, пойдем сейчас.

В отделении дежурный сразу направил их к начальнику отдела капитану Сидоренкову. Тот молча выслушал сбивчивый рассказ Веры, покрутил портфель в руках и попробовал открыть. После нескольких попыток замок щелкнул и открылся.

– Так, посмотрим, что тут у нас.

Он выложил на стол два учебника, справочник по математике, готовальню, коробочку с карандашами «Кохинор», два деревянных треугольника, два высохших яблока и носовой платок.

– Вот, в боковом карманчике лежал, – он раскрыл и положил перед Верой студенческий билет, – ага, а вот и зачетная книжка.

– Боже мой, бедный Валерик, – прошептала она.

– Ну что ж, Вера…

– Александровна, сквозь слезы сказала она.

– Что ж, Вера Александровна, это уже весомый вещдок. хотя… сколько уже прошло?

– Два года.