Граф Феникс. Калиостро

Казалось, он узнавал и не узнавал эту личность. Наконец он сделал два шага к нему и учтиво поклонился. Тот отвечал величественным кивком лобастой головы, храня на лице холодное равнодушие. Однако глаза его, блуждавшие ранее по потолку, вдруг обратились к молодому человеку. Взгляд его стал острым и подозрительным, и на мгновение в нем мелькнуло что-то вроде испуга и оторопелости. Но вслед за тем маслинообразные глаза итальянца вновь вознеслись кверху…

– Это наш новый знакомый, – представила Габриэлли, – граф Феникс ди Санта-Кроче!

– Российский комедиант ее величества Иван Дмитриевский[38 - Дмитриевский (Дьяконов) Иван Афанасьевич (1734–1821) – русский актер и театральный педагог, сподвижник основателя русского театра Федора Волкова.

Граф еще раз снисходительно кивнул.

– Ведь это вы, граф, писали к господину главному директору театров и зрелищ статс-секретарю императрицы, его превосходительству Ивану Перфильевичу Елагину? – садясь в кресло, продолжал российский комедиант.

Обе певицы стали по бокам кресла, опираясь на спинку его, и заглядывали в лицо молодому человеку, оправляя его волосы и жабо.

– Вы не ошибаетесь, господин Дмитриевский, вы не ошибаетесь, – на грубом французском с итальянским акцентом языке подтвердил граф. – Я писал господину Елагину.

– Очень хорошо. Встреча наша пришлась весьма кстати. Именно я имел поручение от его превосходительства Ивана Перфильевича посетить вас и передать приглашение господина статс-секретаря пожаловать к нему сегодня в девять часов вечера.

– Хотя я крайне занят сегодня, но постараюсь прибыть, – отвечал граф все с тем же рассеянным видом.

Комедиант внимательно, хотя и с учтивой ненавязчивостью разглядывал лицо графа Феникса.

– Давно ли вы в России, граф, смею спросить?

– И давно, и недавно, господин Дмитриевский, – неопределенно ответил граф.

– Вероятно, вы много путешествовали по Европе? – продолжал свои расспросы актер.

– О, даже сидя в этом кресле, я путешествую, так как Земля со всем, что на ней пребывает, неутомимо несется в пространстве к востоку.

– Что касается меня, – не обращая внимания на странную форму ответа его собеседника, продолжал Дмитриевский, – то еще недавно по поручению его превосходительства Ивана Перфильевича я посетил Париж и Лондон.