Смятение

Циля ещё долго сопротивлялась и наконец, хитро опустив глаза, сказала:

– Моисей, это так неожиданно, а потому это быстро не делается, необходимо в присутствии родителей у раввина получить согласие на бракосочетание и что-то золотое мне подарить, но не обручальные кольца – их потом, в день свадьбы. А до того времени я у тебя не возьму ни копейки.

Этими словами она ещё больше задела его самолюбие и раззадорила. Тогда он сказал:

– Хорошо, если ты так хочешь, то я это сделаю сегодня.

По двойному щелчку пальцами вошли гарсон Зельма и водитель.

Моисей отошёл с ними в сторонку, что-то им сказал, и оба скрылись за кулисы. Через несколько минут гарсон принёс небольшой самовар с заварным чайником и посудой, а вдобавок – тарелку с кучей разнообразных пирожных.

– Моисей, зачем так много, мы что – до утра собираемся здесь кутить? Да и поздно уже, старики будут беспокоиться, – сказала Циля.

– Можем и до утра, если, конечно, ты пожелаешь, – ответил Мишка.

Глянув на часы, которые показывали двадцать один двенадцать, он подумал: «В лучшем случае Исаак привезёт всё и всех примерно через час» и принялся употреблять изысканные пирожные, до которых имел большое пристрастие, причём ежедневно их поедал в самых изысканных кафе.

С истечением чуть больше часа гарсон, спросив разрешения войти, доложил о прибытии раввина и отца с матерью Цили.

– Пускай войдёт водитель Исаак, всё, – сказал хозяин ресторана.

Услышав шаги в зале, Мишка поднялся и пошёл навстречу водителю, который ему что-то передал и, получив задание, пошёл исполнять его, а через мгновение послышался топот грубых башмаков, и в зал вошёл раввин с вопросом:

– Мойша, что за спешка, неужели нельзя было подождать до утра?

– Извини, уважаемый наставник, что потревожил тебя и столь почтенных родителей, которые прибыли с тобой, но, когда ты узнаешь, уверен – не пожалеешь и сделаешь это с большим удовольствием, кроме того, ещё и похвалишь меня за правильное решение, которое я принял час назад.

Сегодня в стране творится такое, что для нас, простых смертных, каждая минута дорога, а раз так – тогда надо торопиться жить, и жить хорошо, счастливо и богато! Вот из этих соображений я и тороплюсь взять от жизни то, что ещё не брал.

Циля сидела за столом и не видела, с кем Мишка разговаривает у неё за спиной, мало ли кого он мог назвать наставником; она была оторвана от действительности и прокручивала в голове события этого дня и вечера.