РУСЬ – нетривиальная история

Жил он деревьях в тропическом лесу и питался исключительно сочными фруктами (палеонтологи указывают на тонкий слой зубной эмали, не позволяющей даже разгрызть твёрдый орех).

Но 20 миллионов лет назад климат стал меняться в сторону ужесточения. Сочных плодов стало меньше и геном дриопитека разделился на человекообразных обезьян, которые остались на деревьях, но стали есть любую твердую растительную пищу. Оттого их челюсти увеличились в размерах и в мощи жевательных мышцы.

Этот признак, как и способ питания я выделяю фенотипически как основу приспособительных изменений к условиям существования.

Но другая половина генома дриопитека почему-то слезла с деревьев, опустилась на землю и стала ходить на двух задних конечностях, поскольку просто-напросто надо было дальше видеть на ровной поверхности. Палеонтология объясняет причину такого «снизхождения» опять же сокращением пищевых ресурсов. Но для человекообразных обезьян с тех пор и по сей день (несмотря на стремительное сокращение влажных тропических лесов) пищи было-таки достаточно.

Вряд ли! Далее мы попытаемся найти ответы на большинство вопросов, неразрешимых для современной науки: – К примеру, отчего древние остатки гоминид находятся в Африке, а наиболее продвинутые неандерталец и кроманьонец «наследили» только в приледниковой зоне Северного полушария Земли?

Кроме того, если эти «продвинутые» жили в северной Евразии, то отчего первые цивилизации (как считается в истории) появились опять же рядом от первобытных орудий австралопитеков, в той же Африке?

Где логика?

Были тут почти обезьяны, а потом сразу вдруг возникло поливное земледелие!?

И наконец, (если таки Человек мыслящий появился в ЕврАзии) то, где тот спусковой крючок, который заставил одного гениального кроманьонца, только что смачно высосавшего костный мозг из раздробленной бедренной кости гигантского оленя, взять этот острый обломок и выцарапать на стене пещеры изображение этого оленя со скрытой надеждой, чтобы подобный ему завтра опять попался!

Принципиальная разница между неандертальцем и кроманьонцем как раз и заключается в том, что первый умел добыть конкретного оленя, но съев его, уже ни о чем не «думал».