Царь муравьев

– Я сегодня дежурю.

– Почему вы так обо мне заботитесь?

– Потому что хочу тебе помочь.

– Вы уже мне помогли.

– Ничем я тебе не помог. Ты попала в какие-то неприятности и ничего не хочешь мне говорить.

– Нет у меня никаких неприятностей, – заявила она. – Все нормально.

– Что нормально? То, что тебя избили? То, что у тебя переломы и сотрясение мозга?

– Ничего страшного, все пройдет.

– Да, конечно пройдет, с твоими-то способностями.

– Какими способностями?

– Заживает у тебя все неестественно быстро.

Ты знаешь об этом?

– Не знаю. Откуда мне знать, я никогда ничем не болела. Давайте лучше чай пить.

Стали пить чай. Она набросилась на шоколад так, словно не ела лет сто. Перемазалась в зефире. Забавно было на нее смотреть, забавно и очень мило. Когда девушка красива, то все, что она делает, выглядит мило.

Я решил прервать допрос и поболтать на отвлеченные темы, понравиться, завоевать доверие. Как обычно, через некоторое время меня понесло. Язык мой подвешен будь здоров, два десятка смешных историй выучены наизусть и исполнение их отработано до артистизма.

Через десять минут Женя вовсю смеялась, не забывая перемалывать виноград и бананы белыми зубками. Все шло по стандарту, и казалось, что завоевать ее совсем нетрудно. Но я знал, что это совсем не так, нутром чуял. Может быть, я ей нравился, но это не гарантировало, что через два дня она не убежит и не исчезнет из моей жизни навсегда. Все-таки она была особенным человеком, у нее была своя тайная жизнь. Я был для нее чужаком.

– Сколько тебе лет, Женя? – спросил я, вдоволь потешив ее историями.

– Двадцать во… – она замялась. – Двадцать один.

– Хотела сказать «двадцать восемь»? – Я наклонил голову и устремил на нее пристальный взгляд.

– Нет, двадцать один, правда. – Она слегка порозовела.

– А выглядишь лет на восемнадцать, если не меньше.

– А что, есть разница?

– Между восемнадцатью и двадцатью восьмью – есть.

– Да я же говорю: двадцать один мне.

– А сколько лет было Игорю Варенцову?

– Ну, где-то под тридцать, – ляпнула она не задумываясь, и тут же стушевалась.

 – Ой, а откуда вы Игоря знаете?

– Ты знаешь, где сейчас Игорь? – ответил я вопросом на вопрос.

– Не знаю, давно его не видела.

– Врешь. Его убили, и ты не можешь об этом не знать.

Она поперхнулась виноградиной и закашлялась. Пришлось постучать ее по спине.

– Под тридцать, значит, ему было? – задумчиво произнес я. – А на фотографии выглядел как пацан.