Белый олень. Часть 3. Одинокий волк под луной

Думаю, что надо уходить, этот дождь нам как Бог послал и его надо использовать, – Сергей поймал на ладонь несколько капель. – Никакая собака след не возьмет, а уж люди и подавно не заметят.

– И куда мы должны уходить, уж не в горы ли?

– В горах нечего делать, тем более, что мы не знаем где они находятся, видимость минимальная, – размышлял вслух Сергей. – Нам надо отойти от вертолета километров на двадцать в любом направлении. Подыскать господствующую высотку с густым лесом и замаскироваться на ней, а там видно будет.

– Ваша точка зрения понятна, товарищ капитан. – кивнул Никитин и было видно, что он согласен с Сергеем. – Какие еще будут мысли?

– А вот такие! – громко включился в разговор рослый сержант Неёлов. – Это что же получается: мы бросим убитых и отвалим как последние трусы, чтобы «чехи»* им головы поотрезали. Я, например, не согласен на это, предлагаю занять круговую оборону вокруг «вертушки», принять бой и ухайдокать с десяток этих сук.

– Я ведь, кажется, ясно объяснил, что нас быстро не найдут – видимость почти нулевая и обзора никакого. Подходит стационарный холодный фронт, облачность опускается и, судя по всему, это надолго, – пояснил Сергей.

– Точно! – поддержал его один из СОБРовцев. – В прошлом заезде так и было – целую неделю стоял такой же обложня'к и лил дождь. Какие на хрен могут быть поисковые полеты, кто нас тут отыщет?

– А что касается «принять бой», то его вообще может не быть, – продолжил капитан, – душманы приближаться не станут – притащат пару минометов и забросают нас минами или порежут из ДШК с расстояния в триста метров.

– Слушай, летун, – еще злобнее заговорил Неёлов. – А чё это ты тут раскомандовался? Кто ты для нас такой? Иди вон туда командуй, – он ткнул пальцем в истекающее дождем небо, – а в наши дела не суйся! Лично я Генку Рассадина и майора Крикунова не брошу даже мертвых, во вторую командировку с ними летел.

– Соблюдайте-ка субординацию, сержант Неёлов! – гневно сверкнул глазами Никитин. – Не то я буду вынужден напомнить вам кое-что из строевого Устава. А что касается погибших товарищей, то им уже ничем не помочь, нам надо о живых думать – это жестокое, но необходимое правило войны.