Огненная дуга

Он решительно спросил:

– Но почему – русский?

– Надо же чем-то оправдать твой акцент? – улыбнулась Вита. – А в Нарвике, в Ставангере всегда жило много русских норвежцев. Их там так и называли. И это были не эмигранты с нансеновскими паспортами, а давние поселенцы. Сейчас немцы выселили этих русских на Дафотенские острова, но их не интернировали, не загнали в лагерь. С таким паспортом ты вполне можешь жить в Осло… Хотя я совсем не понимаю, почему тебе хочется лезть в это осиное гнездо! – жалобно добавила она.

– Я уже сказал тебе, Вита, что обязан продолжать войну, – мягко напомнил он.

– Хорошо, – грустно согласилась она. – А пока посмотри эти газеты! – она разложила веером на столе пачку газет. – Тут нет только советских. Но есть шведские, есть немецкие, французские, правда, только из оккупированной зоны. Есть и наши, но только квислинговские.

– А такие тоже есть?

– Не меньше трех сотен, и половина из них выходит в Осло! – строго ответила она. – В четверть листа, в половинку; напечатанные на гектографе и написанные от руки; сделанные и в настоящих типографиях, и за обеденным столом. И их становится все больше! Мы ведь продолжаем нашу борьбу! – она выглядела очень гордой. – И восстанови свой норвежский! Ты теперь говоришь не лучше лапландца! – она помахала рукой и исчезла.

А он еще долго разглядывал свой «вид на жительство».

Да, друзья, которым поручили заботу о нем, подумали обо всем. А еще больше его поразило, что во внутреннем кармане бумажника оказалась пачка крон, – как он понял, – приданое на первые дни новой жизни…

Только после того как он запомнил все даты, сообщенные в его удостоверении, все знаки, цифры и подписи, он перешел к газетам.

Норвежская «Дагбладет» оказалась значительно тоньше прежней. Сводка с русско-немецкого фронта была трехдневной давности. Главным событием в ней было названо и выделено крупным шрифтом сообщение о наступлении гитлеровцев в районе Харькова. А вот об освобождении Демянска и ликвидации опасного демянского плацдарма, на котором немцы сидели целый год, ни слова. О советском наступлении на Кубани и на Украине – тоже.