Публичное одиночество

Что же это за психология у человека, который может отдать свою жизнь с наслаждением за какую-то идею?

Если человек может так легко отдать свою жизнь, то ему сказать: «Мы тебя убьем», это все равно, что вегетарианца наказать: «Мы тебе мяса не дадим!» – «Да я его и не ем!»

Чем мы их напугали – что они будут уничтожены? А мама этого камикадзе принимает цветы и счастлива, что ее сын отдал за Аллаха свою жизнь.

Хорошо это или плохо – я не это оцениваю. Я говорю о другом подходе, о другом восприятии мира. И для того чтобы бороться с этим минусом духовным, нужно выходить на духовный плюс.

А не просто брать бомбы и крошить все вокруг. Ну убьют этих мальчиков, у которых еще не растет борода… Я имею в виду не терроризм, а абсолютно конкретную духовную направленность.

Когда-то шах в Иране поднял страну до огромного уровня, а Иран скатился в результате до Хомейни. И это постоянная парабола, это слоеный пирог, его невозможно решить одним бомбовым ударом.

Но Иран считает, что поднялся при Хомейни?

Вы правы.

То, что я сейчас сказал, я сказал как европеец, но это и есть та же самая ошибка. Я сказал: «скатился», а для них, напротив, «поднялся».

И если я, все мы не будем понимать, что не только по законам нашей цивилизации живут люди, а по другим, такие ошибки будут постоянно.

Не говорю, что надо жить, как они, но понимать, уважать других – надо… (I, 83)

«БЕСОГОН» (2011)

Интервьюер:Немало шума наделал ваш блог «Бесогон». Зачем Вы тратите время на все эти интернет-баталии?

Так я разговариваю с людьми.

Мне важно, чтобы те, у кого есть ко мне вопросы, могли задать их мне.

А название «Бесогон» – это в честь моего небесного покровителя святого великомученика Никиты. (XV, 58)

(2011)

Интервьюер:Вы завели свой блог в Интернете. Зачем?

Я вынужден был это сделать, потому что появилось около двадцати блогов и сайтов под моим именем, где писались глупости несусветные, мерзости и хамство, к чему я не имею никакого отношения. Но для людей несведущих – это был я.

Причем, если вы обратили внимание, я не просто где-то пишу, я выхожу на экран и говорю: «Хотите меня слушать – слушайте здесь.

Это я. Все остальное – фальшивка». (II, 69)

(2012)

Интервьюер:Как Вы оцениваете результаты вашего недавнего эксперимента по выходу в Интернет в качестве видеоблогера и прямого общения с публикой в Сети?

Двадцать лет назад я легко перешел из одного времени жизни страны в другое. Мои товарищи собрали книгу моих интервью за сорок лет.