Публичное одиночество

 – «Но я стою в проходной, мне сказали, что меня встретят». – «А как я Вас узнаю?» – «Я небольшого роста». – «Я тоже». – «У меня усы». – «У меня тоже…» В общем, она все-таки привела Джованни ко мне в кабинет, но была крайне раздражена, что пришел какой-то итальянец, отрывает от работы, и каждые пять минут заглядывала – что мы там делаем.

Джованни с огромным интересом относился к российскому кино и очень глубоко понимал то, что говорится между строк. А самое главное тогда говорилось именно между строк. Он не искал сенсации, он пытался понять.

Жалко, что его уже нет на свете. Очень его не хватает. (I, 126)

Италия и Россия

(2004)

Внешнее туристическое представление: «Италия – это спагетти и Челентано, а Россия – водка, матрешки и медведи» – примитивно. Надо преодолевать эту примитивность восприятия своей и чужой страны.

Чтобы понять пейзаж России или картину Федотова, нужно около нее стоять. Это не просто информация – «здесь нарисовано это», – это вдохновение, духовная энергия, которую ты тратишь, чтобы воспринять энергию того, кто писал пейзаж, а пока сегодня модное слово «комфорт» заменило множество важных представлений.

Однако «быть собою» не значит быть узким националистом. Это счастье, когда можешь назвать своими Леонардо да Винчи и Вивальди, Пушкина и Мусоргского.

Вопрос:Какая разница в менталитете итальянцев и русских?

«Я сейчас его убью, держите меня», – может кричать итальянец и не тронет вас пальцем.

У нас – бьют сразу. (I, 110)

Й

ЙОД

(2010)

Память детства. Причем не в связи с разбитыми коленками и содранными локтями.

Эти коричневые капельки закапывались мамой в маленькую рюмочку молока и принимались ежедневно. Наверное, для щитовидной железы… (XV, 46a)

К

КАВКАЗ

(2011)

Когда генералом, министром обороны огромной страны становится человек, никогда не читавший ни Льва Николаевича Толстого, ни генерала Ермолова, ни генерала Паскевича, которые были наместниками русских императоров на Кавказе, то это странно.

Нас гонят с Кавказа, потому что Кавказу нужны уважение и сила. На Кавказе сила без уважения есть оскорбление, а уважение без силы считается как трусость, как слабость. А мы и силу там потеряли, и уважение не принесли.