Публичное одиночество

Каждый день в нем работали! И сделали все своими руками. Да, для этого должна быть только воля жить. Не нужно ждать, когда тебе дадут.

Не дадут!

Дело в том, насколько мы развращены идеологией потребительства. Насколько не способны чем-то владеть и за это отвечать. Насколько не умеем ценить то, что даровано нам Богом…

Вот в чем вся проблема.

Только в движении вперед есть выход из трудного положения. Как только ты встал в оборону, стал оправдываться, искать советов «добрых людей», ты и рта раскрыть не сможешь – тебя советами замучают.

Делай свое дело! Работай! Как на Руси говорили: «Глаза боятся, руки делают».

Отец Тихон, игумен Сретенского монастыря в Москве, или отец Нестор, игумен Свято-Николо-Шартомского монастыря в Шуе, они строят и строят с утра до вечера – и больше ничего! И таких много: делают дело и ни на что не обращают внимания.

И это самое главное! Некогда отвлекаться на суетную брань или пустое общение. (I, 92)

ДЕМОКРАТИЯ

(1990)

Интервьюер:А что такое, по-вашему, демократия, равноправие?

Не знаю.

То есть я не знаю, что это такое применительно к России. Ибо то, что называется демократией на Западе, для России органичным, на мой взгляд, быть не может. И не потому, что мы хуже кого-то другого или лучше, – мы просто другие.

И это нужно принимать как данность.

А я думаю, что демократия универсальна… как воздух.

Пока, к сожалению, у нас нередко демократия и равноправие понимаются как появившаяся возможность нахамить начальнику – и то только потому, что он начальник… (что, кстати, тоже можно понять, ибо начальник этот раньше хамил нам только потому, что мы – его подчиненные).

Уважение же к личности – это результат длительной работы общества над своим самосознанием.

И при всей близости этих понятий они различны.

В России, которую многие почему-то считают темной и варварской страной, человека, задумавшего «до основания» разрушить существующий строй, всего-навсего отправляли в ссылку – с женой и книгами.