Слепое пятно

 – Очень хорошие. Кто их написал?

– Я.

– Кто ты, Милена? Ты поэтесса?

– Я не люблю это слово – поэтесса. Оно некрасивое, оно звучит почти как "директриса". Просто я пишу стихи.

– Почему у тебя такое странное имя, Милена? Ты не от мира сего. Ты необычна не менее, чем твой Иштархаддон.

– Я очень даже от мира сего, – улыбнулась Милена. – Ты даже не представляешь, насколько. Я хорошо знаю изнанку этой жизни. Потому что мне часто не хватает денег… Вернее, мне всегда не хватает денег, и мне приходится зарабатывать их.

– Так ты что… – Игорь замешкался, подбирая подходящее, не слишком грубое слово. – Ты – девочка по вызову?

– Вовсе нет. У меня нет хозяина. И я не занимаюсь этим с кем угодно. Только с тем, кто мне нравится. С иностранцами.

– С иностранцами? – изумился Игорь. – Но они же беднее русских!

– Зато безопаснее. Я выбираю тех, кто хочет романтического приключения, а не просто необременительного быстрого секса. Я не хочу иметь проблем с русскими. Знаю я их.

– Ничего себе хобби… – хмыкнул Игорь. – А чем ты занимаешься обычно? Помимо своего… хобби?

– Сижу в Интернете. У меня там сайт. Литературный. В основном – переводы иностранных стихов. Мои переводы. Ну и мои стихи, конечно. Заметки на всякие темы. Альтернативная поэзия. Много ли на этом заработаешь?

– Как этот сайт называется?

– Не скажу, – произнесла Милена с неожиданным упрямством.

– Это сайт "serebro.ru", – сказал Игорь. – Я захожу на него достаточно часто. Классный сайт – умный, ироничный, временами прикольный, временами просто вызывающий. А ты, должно быть, Людмила Серебрякова? Так ведь? Я угадал?

– Я Милена, – смущенно сказала девушка. – Не знаю я никакой Людмилы Серебряковой.

– Похоже, что ты – виртуальный человек, Людмила, – Игорь подошел к ней и положил ей руки на плечи. – Ты не только раздвоила свою личность, ты стараешься доказать себе, что Милена и Людмила – это разные люди.

– Милена. Я – Милена, жрица любви. Я уже почти совсем перестала быть Людмилой. Хадди изменил меня. Он сделал меня свободнее. Он говорит, что в нашем мире нет рабов, но теперь я понимаю, что это не так. Большинство людей в нашем мире – рабы. И те, кто называет себя господами, – рабы в наибольшей степени. Рабы своего богатства, своей значимости.