Особо опасная особь

Быть умнее чем кажешься – лишь вторая ступень из двух десятков возможных. Быть действительно умным – неплохо, проживешь на пару дней больше. Если чувство опережает разум – у вас в запасе неделя. Если действие опережает и чувство, и разум – будете жить долго, до самой своей смерти.

– Думаешь, у меня так мало шансов? – криво усмехнувшись, спросила Лина.

– У вас нет шансов, юная госпожа. Вы умрете. Завтра, или через несколько суток. Вас привезли сюда для этого.

– Веселый прогноз… – девушка вдруг успокоилась, лицо ее разгладилось.

* * *

Виктор сидел в кресле, откинув голову, полуприкрыв глаза. Голографическая проекция пражского оркестра располагалась в центре зала, творила волшебство. Виктор водил пальцем в воздухе, повторяя движения палочки бесподобного Микулаша. Он купался в волнах звука, он тонул и растворялся в них, он блаженствовал.

Комп на столе противно запищал, внося диссонанс в симфонию.

– Ну что, что еще такое? – крикнул он. – Что стряслось?

На экране появилась Лина. Она стояла на кровати в своей комнате и простукивала стену под самым потолком – там, где шел ряд декоративных панелей, скрывающих вентиляционные ходы. Потом удовлетворенно кивнула головой, тряхнула кистью, из указательного пальца высунулась длинная никелированная отвертка. Девушка вставила ее в отверстие панели и начала отвинчивать шуруп.

– Шустрая девочка, – Виктор покачал головой. – Шустрее даже, чем я думал.

– Что делать, хозяин? – вежливо осведомился голос Тутмеса.

– Ничего. Не мешай ей. Хорошо, что она нашла себе хоть какое-то занятие. Пусть побалуется.

Виктор бросил комп на стол, откинулся на спину и снова взмахнул воображаемой палочкой.

День 2

Виктор шел по лаборатории энергичным шагом, заложив руки за спину, бормотал что-то под нос. Потом резко остановился и семенивший сзади Тутмес едва не налетел на него.

– Лина еще спит? – спросил Виктор.

– Да, хозяин.

– Во сколько легла?

– В два после полуночи, хозяин.

– И все это время ковырялась в стенах?

– Да, хозяин. Сняла все панели, потом повесила их обратно.

– Нашла что-нибудь?

– Две камеры из пяти.

– И что?

– Раздавила их ногой. Очень сильно ругалась при этом. Неприлично ругалась.

– Это нормально. Я бы тоже ругался.

– Похоже, она неплохой техник.