Штрихи к портрету

Стол должен был быть накрыт в заведении под простым и незатейливым названием «РЕСТОРАН», в Таможенном переулке, практически напротив здания Двенадцати коллегий.

По настоянию А. Д. Ноздрачева этот стол должен был располагаться у третьего окна от конца помещения. Но официанты накрыли его в ближайшем от входа зале, первом из трех расположенных последовательно. Аргументация была простая. Народу мало, и обслуживание будет только в первом зале. На увещевания заказчика метрдотель никак не отреагировал. Но тут пришел Ноздрачев.

Увидев стол в неположенном месте, возмутился и потребовал его перенести к указанному им третьему от конца окну. Метрдотель был сразу поставлен на место сказанной безапелляционно фразой, что в противном случае ужин будет отменен и перенесен в другое место. При практически полном отсутствии посетителей отказываться от возможности заработать деньги было бы неразумно.

На то, чтобы перенести пару накрытых столов в другой зал, потребовалось несколько минут. Видя напор, с которым действовал Александр Данилович, я понял, почему он стал не просто академиком, а очень авторитетным академиком.

Объяснилось все чуть позже, когда Ноздрачев сообщил, что именно в этом помещении около двухсот лет назад располагалась первая в России кафедра физиологии. И именно у третьего окна была первая физиологическая лаборатория. Поэтому после защиты диссертации по специальности «Физиология» сам бог велел отметить это в таком примечательном месте. Мелочь? Естественно. Но она продемонстрировала умение человека добиваться своего.

Запомнилась мне и совершенно необычная ситуация, когда тот же академик Ноздрачев сказал, что он коллекционирует рукопожатия. Натолкнуло его на эту мысль ощущение большой, теплой и сильной ладони, когда он впервые по чистой случайности (оказывается, и такое возможно или было возможно!) встретился с Никитой Сергеевичем Хрущевым, который был тогда Генеральным секретарем Коммунистической партии Советского Союза, то есть фактически первым лицом в СССР.

Доступ к таким персонам для обычных людей закрыт. Безопасность лидеров государств – превыше всего. Но все предусмотреть невозможно.

В августе 1964 года Александр Ноздрачев, тогда еще совсем молодой, оказался в Гурзуфе. Однажды вечером он со своим другом морским офицером, служившим там, прогуливался по берегу моря. Вдруг появился торпедный катер, который на большой скорости подлетел к пирсу и пришвартовался. Офицер сразу определил, что это не их катер.