Речные заводи. Том 2

– Подведите этого мерзавца сюда! – приказал тот.

Стражники исполнили приказание и сказали Сун Цзяну, чтобы он встал перед начальником на колени. Но где там! Сун Цзян и не подумал повиноваться. Свирепо тараща глаза, он закричал, показывая пальцем на Цай Цзю:

– Это еще что за мерзкая тварь? Да как он смеет задавать мне вопросы? Я зять самого Нефритового императора! Тесть послал меня во главе стотысячного войска перебить всех в Цзянчжоу! Впереди идет сам властелин преисподней, а за мной следует князь зла У-дао.

У меня золотая печать весом в восемьсот с лишним цзиней! Если хочешь избежать смерти, так прячься скорее, а то я сейчас всех вас прикончу!

Начальник области смотрел на Сун Цзяна и не знал, что делать. Тогда Хуан Вэнь-бин, обращаясь к нему, сказал:

– Вызовите из лагеря надзирателей и стражников и спросите, был ли этот человек сумасшедшим уже тогда, когда прибыл в лагерь, или же он сошел с ума на этих днях. Если он был ненормальным, когда его доставили в лагерь, тогда можно поверить, что это действительно так.

Если же его сумасшествие началось недавно, то это уловка.

– Вы совершенно правы, – обрадовался начальник области и тотчас же послал в лагерь.

Надзирателей и стражников долго допрашивали, и они, не осмелившись лгать, показали все, как было.

– Когда этот человек пришел в лагерь, он был здоров и сошел с ума только сегодня, – говорили они.

Услышав это, начальник области сильно разгневался и, подозвав тюремных стражников, приказал им связать Сун Цзяна и дать ему пятьдесят ударов палками.

Сун Цзян был избит до полусмерти, кожа его во многих местах была содрана, и кровь текла ручьями. Дай Цзун тяжело переживал это зрелище, но ничего не мог сделать, чтобы помочь своему другу.

Вначале Сун Цзян продолжал еще нести какую-то несуразицу, но затем боль, причиняемая ударами палок, стала невыносимой, и он признался:

– Я виновен в том, что в состоянии опьянения необдуманно написал мятежные строки. Никаких других намерений у меня не было.

Начальник области приказал тщательно записать показание Сун Цзяна, надеть на него кангу весом в двадцать пять цзиней, какую обычно надевают на приговоренных к смерти, и бросить его в тюрьму. Сун Цзян был до того избит, что не мог передвигать ногами. Его заковали и препроводили в тюрьму, где поместили в камеру смертников.

Дай Цзун старался помочь своему другу всем, чем только мог, и приказал тюремным стражникам бережно относиться к Сун Цзяну.