Девушка индиго

«Только не для меня», – хотелось мне ответить маменьке.

– А если ты еще не заметила, – добавила она, – в этом раскаленном захолустье не так уж много приличных семей.

Вдалеке я увидела Квоша – он уже ждал нас на маленьком деревянном причале. Вести о приближающихся лодках всегда прибывают первыми – у детишек рабов зоркие глаза, и они любят смотреть на море. На веранде дома мелькнуло что-то светлое – наверное, Эсмэ усадила там Полли с корзинкой для рукоделия. Послеполуденный бриз принес запах крабов и устриц; в траве у берега бродили длинноногие птицы – лакомились креветками.

– Господи боже, – выдохнула маменька, когда мы приблизились к причалу.

– Что с вами? – обернулась я.

– Об этом-то я и не подумала… – пробормотала она. – Боже, какая нелепость. Я ведь никогда…

– Маменька, – устало сказала я, – что стряслось?

– Видишь ли, я никогда еще не выходила из лодки без мужской помощи. Твой папенька… – Она осеклась.

Я нахмурилась, ибо прекрасно помнила, что мы и раньше не раз совершали короткие прогулки на пироге без отца.

– У вас получится, маменька. Всего один шажок. Я вам помогу.

– Конечно. – Она достала квадратный шелковый платочек и промокнула глаза. – Конечно. Право слово, как глупо. Но такие вот мелочи заставляют осознать величину потери.

– Мы вовсе не потеряли его, маменька. – Я постаралась изобразить ободряющую улыбку.

– О, разумеется, Элиза. Я вовсе не об этом. – Она издала драматический вздох. – Просто представила себе целую череду перемен и неурядиц, которые нас ждут теперь, когда его нет рядом.

Пожалуй, раньше мне ни разу не приходило в голову, насколько маменька зависима от супруга. Была ли это истинная любовь? Я не знала. Однако определение «глубокая привязанность» здесь несомненно годилось.

Но не только маменьке предстояло чувствовать себя одинокой без моего отца в ближайшие долгие месяцы. Мне тоже. Более того, у меня не будет рядом никого, с кем я смогла бы поделиться своими успехами или разочарованиями в собственных трудах, ведь почти со всеми делами мне придется управляться самостоятельно.

Ясно было, что с матерью их лучше и вовсе не обсуждать. Ее удар хватит, если она узнает, что я просила отца прислать Бена к нам в Южную Каролину, или найдет книги по юриспруденции, прихваченные мною из библиотеки мистера Пинкни. Книги эти сейчас стыдливо прятались в кофре с одеждой – я его затолкала под скамейку, на которой сидела.

– Понимаю, маменька.