Девушка индиго

 – Я со вздохом закатила глаза. – Цель – покрыть предметы мебели толстым слоем черного лака, чтобы они выглядели… – Я замолчала, заметив странное выражение в глазах отца.

– Выглядели по-японски? – докончил он за меня, вскинув кустистую бровь.

Я хихикнула:

– Именно.

– Что ж, – задумчиво кивнул отец, – теперь я понимаю, что времяпрепровождение и правда может быть нелепым. Возможно ли, что по возвращении из Вест-Индии я обнаружу все свое недвижимое имущество под толстым слоем лака?

– О да. Всё, кроме столовых приборов, – прыснула я, и он тоже рассмеялся.

– Да уж, надеюсь, хоть серебро не пострадает. Итак, Элиза. Я не сомневаюсь, что у тебя на уме что-то есть. Можешь не отпираться, тебя ведь ужасно вдохновляет перспектива остаться здесь полновластной хозяйкой и принимать единоличные решения. Ну, что за козыри у тебя в рукаве?

Ох, отец слишком хорошо меня знал…

– У меня на уме только вопросы, сэр. Давайте отправимся в Уаккамо, и всю дорогу я буду вас донимать.

– Уж это ты умеешь, Элиза, – снова рассмеялся он, и его карие глаза сощурились, искрясь весельем и глубочайшей приязнью.

Послеполуденное путешествие в повозке до переправы у церкви прихода Святого Андрея далось нам нелегко – солнце беспощадно палило, неустанно атакуя нас знойными лучами.

– Полковник Лукас, сэр…

Отец, глубоко погруженный в раздумья и устроившийся в этот раз со мной на сиденье, а не как обычно – на облучке с Квошем, – поднял глаза.

– Неужели обстановка и правда настолько напряженная, что может начаться война с испанцами? – осведомилась я, вспоминая его разговор с маменькой. – Безопасно ли нам оставаться в Каролине? А вы? Вы тоже будете в безопасности?

– Вам определенно будет безопаснее здесь, нежели со мной на Антигуа. Если испанцы одержат над нами верх и разобьют Оглторпа[3 - Джеймс Эдвард Оглторп (1696–1785) – английский генерал, член парламента и основатель колонии Джорджия в Британской Америке.

– А прочие опасности, папенька? Мне не хотелось об этом заговаривать, но все же три особы женского пола будут жить в поместье одни-одинешеньки… Не то чтобы мы не сумели справиться… но не можем же мы обращаться к мистеру Пинкни по каждому поводу.