Письма разлуки. Рождение любви

Но тут я и взбесился – это женщина должна меня полюбить! А теперь у меня рождается веселая злость, когда закрываю глаза, вижу тебя, обнимаю и целую, разговариваю с тобой, а сердце бьётся так, как оно билось лет 10 назад…Как ответить, за что я влюбился в тебя? За всё. За то, чего нет у других женщин. За то, что ты – ведьма – всё видишь и всё понимаешь. За то, что ты Ангел, причем, несчастный, ведь ты претерпела не мало, но выстояла. За твоё мужество, ведь ты весела и никого не обвиняешь ни в чём. Ты мне сказала, что была глупа и неопытна и попала в ловушку, но сама виновата, кого винить? Разве, что маму, которая не сказала, что на свете есть подлецы! А может, она сама об этом не знала? Кто бы мог так легко рассуждать о своей судьбе!? Только ты.

А теперь о прозе жизни. У меня полно работы вполне научной – хочу сделать всё побыстрее, чтобы быть с тобой. Это трудно, фактор времени и моя физическая энергия. Но я теперь могу всё!

Только что говорил с тобой по телефону. Какое блаженство слушать твой голос! Но сам ничего путного сказать тебе не мог – онемел, как мальчишка.

Боюсь быть смешным, я такой большой и важный, а ты, не дай бог, станешь смеяться, я этого не вынесу! Лучше письма, но слышать тебя всё равно хочу. Получил целую пачку писем от тебя. Вот и стишки сочинил в твою честь.

Моя любовь, – где для неё преграды?!

Услады рая, все кошмары ада –

Вы не препятствия живому слову:

«Эй, люди! Я люблю Орлову!»

Иной раскиснет от такого чувства,

Не воскресят его наука и искусство,

А мне хоть интеграл, хоть гнуть подкову!

«Эй, люди! Я люблю Орлову!»

Я – вождь, герой, поэт! Я – гений!

Я властелин веков, мгновений!

Сойди с дороги по добру-здорову,

«Эй, люди! Я люблю Орлову!»

А если ты не любишь,– не беда;

Зажгу в тебе любовь! И – навсегда!

Бегу читать твои письма.

Целую, обнимаю тебя, радость моя, солнышко. Я.

31 октября 1974г. Москва. Симон.

Я Вам пишу…

Пусть эти строки

Не смогут чувства передать

И отразить в нём смысл высокий,-

Но где другие средства взять?

В начале, мне молчать хотелось,

Нести сомнений тяжкий груз –

Ума и пылкости союз.

Но жизнь сильней. И эта сила

Пусть вложит в строки голос мой,

Заставит зазвучать кантатой,

И слаще музыки самой! –

Так Пушкин говорил когда-то…

Мне было лестно, я не скрою,

Считать, что прелести ума

Любовь и страсти перекроют

С лихвой.