Злая Москва. От Юрия Долгорукого до Батыева нашествия (сборник)

 – В Залесье люди лучше живут, чем во многих других местах, и знают, что мне многим обязаны, а потому стоять за себя будут особо крепко. Запомнил?

Изяслав фыркнул:

– Посмотрим!

Глядя вслед пришпорившему коня племяннику, Юрий даже плюнул в сердцах! Всеволоду Ольговичу удалось отделить Мстиславичей от Мономашичей, и это было главной его победой, потому что можно завоевать города и земли, но, объединившись, князья могли отбить все обратно, а вот если меж собой дружбы нет, то и завоевывать не обязательно. Всеволод просто передавит Мстиславичей по одному, даже этого заносчивого и уверенного Изяслава.

Догнал племянника, поинтересовался еще одним:

– Ты с Всеволодом на чем сговорился? Небось, ежели меня уломаешь его Великим князем признать, то он тебя своим наследником назовет?

Изяслав мысленно ахнул от такой Юрьевой прозорливости, но не ответил, только головой дернул непонятно. Уже не радовал ни прекрасный зимний денек, ни яркое солнце, ни голубое небо.

– Пусть будет Великим князем, если Вячеслав усидеть не смог, право Всеволода, он старший из Ольговичей.

– Ты не позволишь? – все же запальчиво выкрикнул Изяслав.

– Нет, Ольговичи не дадут. Мешая мне стать Великим князем, ты отсекаешь всех Мономашичей. Изяслав, запомни: есть Мономашичи и Ольговичи, Мстиславичей Ольговичи по отдельности передавят.

Изяславу надоело слушать поучения дяди, и он спросил в лоб:

– Станешь крест Всеволоду на Великое княжение целовать?

– Нет.

– Ты не боишься остаться один против всей Руси?

Наконец он выказал настоящую угрозу! Юрий даже коня остановил, пришлось встать и Изяславу.

– Всей Руси? Я никого не задеваю и впереди законных наследников не лезу. Всеволод рад бы со мной заратиться, да только повода нет и силу мою ведает. Я тебе не зря суздальские окрестности показал, ныне почти вся земля такова, не пустынна она, уже богата и деньгами, и людьми.

– Скажешь, тебе и до Киева дела нет?

– Есть. Но эту землю никому не отдам, своим сыновьям и внукам оставлю. И несправедливости в Киеве тоже не потерплю, когда смогу – вмешаюсь, будь уверен. А пока я никого не задеваю, чего со мной воевать?

Он заметил, как у Изяслава даже кулаки сжались.