Ярослав Мудрый и Владимир Мономах. «Золотой век» Древней Руси (сборник)

Пришлось зажигать лучину, вставив ее в светец, келейник вопросительно посмотрел на игумена: что еще потребует? Но тому было не до чего, высокий седой старец приник к написанному тексту, вглядываясь в него и даже шевеля губами от усердия.

Немного погодя он поднял голову, с трудом оторвав глаза от текста, и распорядился:

– Позови… этого…

Келейник бросился за дверь искать Нестора, моля бога, чтобы тот только никуда не запропастился. Чернеца и впрямь не было подле двери, и в конце коридора тоже не видно.

Нестор стоял у крыльца, закинув голову, и следил, как падает мягкий, пушистый снег. На его волосы налетело уже много снежинок, бороду и плечи тоже покрыли пушистые хлопья, но чернец, казалось, не замечал, что мокнет, что непогода, он любовался серым небом и падающими снежинками, ловя их на немалую, сильную, как у простого смерда, ладонь.

– Слышь, иди, игумен кличет. – Заглядывая в лицо поднимавшемуся по скрипящим ступенькам крыльца чернецу, келейник полюбопытствовал: – Чего написал-то? Кричал игумен, а теперь вон читает…

– А! – отмахнулся тот.

– Чего?! – ошалел спрашивающий. Где это видано, чтоб переписчики своими словами писали?! Ежели так всякий станет, что получится?! Прав игумен, что кричал, есть за что. Все, не видать теперь Нестору переписывания книг, оставалось только узнать, какую епитимью наложит на него за своеволие настоятель.

Но, к великому удивлению всех иноков обители, никакой епитимьи не было, игумен строго поговорил с чернецом и посадил уже не переписывать, а самому писать тексты! Такого еще не бывало… И свечей Нестору выдали с избытком, и пергамена приказано не жалеть.

* * *

Келейник в очередной раз принес дрова в маленькую келью. Очень хотелось поговорить, но Нестор целыми днями молчал, все так же старательно выводя букву за буквой и временами протирая усталые глаза.

Вечерами к нему приходил игумен, и два монаха подолгу вели неспешные беседы. Видно, что-то такое хорошо понимал Нестор, что Никону было интересно с ним разговаривать. Говорили тихо, потому келейник не слышал о чем. Подозрительно это, ведь сам игумен не так уж давно был митрополитом Иларионом, да только при жизни его покровителя князя Ярослава.