Матильда. Тайна Дома Романовых

Матильда дернула плечиком:

– Кто, великий князь Владимир Александрович?

Хотелось добавить, что интерес князя Владимира к балеринам не новость, к чему так волноваться? А еще сказать, чтобы Иван Карлович не переживал, она даст князю такую отповедь, что тот вообще к Мариинке не приблизится!

Уже открыла рот, но…

Вместо буквально растворившегося как дым Ивана Карловича увидела перед собой… наследника престола!

Мужчины-Романовы похожи друг на друга все, особенно в таком возрасте, каком был тогда Николай, но спутать цесаревича с любым другим великим князем Матильда не могла.

– Ваше Высочество…

Николай окинул взглядом балерину с головы до ног, задержавшись на лице, и протянул ей роскошный букет, только что отнятый у князя Андрея:

– Это вам. Извините за столь скромное подношение в знак восхищения, но у меня есть нечто более достойное вашей красоты. Прошу вас…

Словно во сне Матильда приняла букет из рук Николая, поблагодарила и пошла, следуя приглашению и опираясь на его руку.

Князь Андрей с тоской наблюдал за этим действием. Ники сумел непринужденно подарить букет, который он так старательно выбирал и долго носил в руках, не решаясь даже приблизиться к даме сердца! И это скромник Ники!

Великий князь Владимир Александрович не заметил ни действий цесаревича, ни страданий собственного сына, он был поглощен трагическим финалом соревнований.

На последнем третьем круге на шедшем первым «рыцаре» от неловкого движения вспыхнула одежда, к нему бросились стоявшие у края служащие, свалили на землю, чтобы сбить пламя, но богатырь попросту расшвырял всех и прорвался к помосту с короной.

– Поцелуй мой!

Но…

Служащие продолжали обливать тлеющую одежду, а сам Воронцов – это был, конечно, он – стоял, растерянно глядя, как Матильда и наследник удаляются к белой палатке цесаревича.

Матильда двигалась, словно во сне, она с той самой встречи не могла забыть Николая, но надеяться на новую не смела. Ездила вместе с Юлией там, где мог проезжать цесаревич, с восторгом приняла известие об их выступлении в Красносельском театре, но то улица и сцена. Можно быть «надеждой балета», сколько угодно любоваться наследником издали, однако еще раз оказаться с ним за одним столом не стоило и мечтать.