Секта «Ашрам Шамбалы». Концлагерь для ищущих Бога

Об этих методах манипулирования я расскажу в книге. Мне все-таки повезло, потому что cекта, в которой я была, не пропагандировала экстремальных форм воздействия на окружающих людей – убийств и насилия, как это бывает в некоторых других тоталитарных псевдорелигиозных группах. Но нас учили обманывать и манипулировать ради достижения цели. А цель наша была одна – служить нашему гуру, а значит, бесплатно работать на него, удовлетворять все его прихоти, приносить ему деньги и приводить новых людей.

Я пишу эту книгу, потому что я хочу поделиться полученными и выстраданными практическими знаниями о том, какой хрупкой и податливой может быть наша психика. Не многим ясно, что же может случиться с совершенно нормальными людьми – с вами, с вашими родственниками, друзьями или детьми, если вы подвергнетесь определенным манипулятивным воздействиям сектантов. А начаться все это может с безобидных занятий «йогой», или макияжем, или танцами.

Я покинула секту Руднева, но она все еще существует, как существуют и множество других, условно безвредных, но на самом деле опасных сект.

Мертвая девушка

Она лежала на диване, мертвая девушка, почти девочка. Кожа обтягивала ее лицо как пергамент, смазанный маслом. Она почему-то немного блестела и оттого выглядела неестественно. Мне очень редко за всю жизнь приходилось видеть мертвых людей. Уже несколько недель назад она выглядела такой, мертвой, хотя еще могла двигаться и говорить.

Я попросилась в туалет, и проходя мимо зеркала в коридоре, я увидела еще одну мертвую – да, у меня было ощущение, что я тоже мертвая.

Галина, руководительница киевского преддверия Ашрама, не выглядела мертвой, а только очень испуганной. Я не знаю, одобрили ли это из Москвы, но она на самом деле вызвала скорую. Мы ждали неотложку, которую нужно было вызвать несколько дней назад, ведь Лена, теперь бездвижно лежащая на диване, уже давно болела и к тому же вела себя очень странно.

Ее физическое здоровье тоже пошатнулось, каждый шаг и любое движение давались ей с большим трудом. Сначала она только временами заползала под стол, а ближе к концу она буквально жила там. За пару дней до ее смерти мы обнаружили, что свою порцию каши она не съела, а прятала во всех углах.