Прелестник

– Время покажет, кто из нас прав.

– Да, время покажет, – согласился Люсьен.

– Я искал вас, чтобы кататься верхом.

– Пойдемте. А потом?

– Репетиция, – весело сообщил маркиз.

* * *

А на репетиции произошло чудо. «Эвридика» ожила. Какими нежными и преданными глазами смотрела она на своего «Орфея». Какая боль и тоска сквозила в ее чертах, когда неумолимый рок разлучал ее навсегда с неосторожным возлюбленным. Сладкоголосый пел как никогда.

12. Остров любви

С этого дня жизнь превратилась в праздник.

Мари никогда не была так счастлива. Ее совершенно не беспокоило, что будут говорить люди, ведь Луи это тоже не беспокоило. Он был все время рядом, веселый, ласковый и влюбленный. Он расточал комплименты, дарил самые прекрасные цветы и нисколько не был похож на того бессовестного наглеца, каким Мари однажды увидела его. Луи заставил ее смеяться и почувствовать себя свободной.

Однажды, когда им наскучили прогулки по парку, они пошли в ближайший лес. Луи распевал куплеты. Мари смеялась от души.

Наконец началась игра в догонялки. Мари проворно скользила между деревьями. Луи мчался за ней.

– Почему бы вам не похудеть? – дразнила его Мари.

Но Луи, несмотря ни на что, был уверен в своей победе. Его энергии можно было позавидовать. Даже худощавый виконт д’Эперне не мог похвастать такой изворотливостью и бесподобной реакцией. Не раз приходилось ему слышать во время занятий фехтованием звонкий возглас Луи:

– Люсьен, я «убил» вас уже три раза, а вы и не заметили.

И вот теперь, как бы скоро ни бежала Мари, а от разгоряченного кавалера ей не спастись. Луи нагнал ее и, подхватив на руки, сильно закружил, не удержался и чуть не упал вместе с Мари. Девушка, задыхаясь от смеха, остановилась у дерева и, едва переводя дыхание, прижалась к стволу. Маркиз был тут как тут.

– И все-таки вам не мешает похудеть, – часто дыша, проговорила Мари.

– Дерзкая… – выдохнул Луи, – загоняла совсем.

– Вам полезно, – продолжала смеяться Мари, – с вашим аппетитом…

Она не договорила.

Луи перебил ее:

– С моим аппетитом я сейчас тебя съем, – и, сделав вид, что бросается на нее, как зверь, вдруг нежно обнял и расцеловал.

– Луи, что вы делаете, оставьте.

– Ни за что, голубушка моя.

– Луи, нас могут увидеть.

– Зато мы никого не увидим, – просто отозвался он, увлекая Мари в траву.

А потом, глядя в беззаботное небо, Луи загадочно произнес:

– Знаешь, я кое-что придумал.

– Что же на этот раз? – спросила Мари.