Прелестник

Еще в коридоре она слышала визг и топот, но все равно вошла и застыла у порога.

Девицы, выстроившись вдоль стен, следили за Луи, который, будучи с завязанными глазами, выставив руки перед собой, пытался кого-нибудь поймать. Вероятно, его попытки и вызывали хохот девиц.

Войдя в комнату и не успев толком понять, что тут происходит, Мари неожиданно оказалась прямо на пути юного маркиза. Не успев ничего предпринять, она очутилась в его руках.

Луи, совершенно довольный, сорвал повязку с глаз и, немного удивившись, воскликнул:

– Вот и попалась, птичка! А что полагается, если я поймаю птичку?

– Поцелуй! – дружно завопили девушки, глядя на парочку в нетерпении.

– И аминь! – провозгласил юноша и, молниеносно прижав девушку к себе, властно поцеловал ее прямо в губы, так что она даже пикнуть не успела.

В следующий миг, когда он устремил торжествующий взгляд на свою жертву, Мари в негодовании с силой ударила его по нежной щеке.

Послышался громкий возглас девушек. Однако ее поступок явно отрезвил маркиза.

Он невольно отошел на пару шагов; лицо его залила краска. Еще бы! Никогда не встречал он такого сопротивления со стороны женщины.

Не желая показывать своего смущения, он, пытаясь говорить как можно развязнее, произнес:

– Как приятно получить награду от этой прелестной ручки. – Но глаза его говорили совсем другое.

– Мари, в уме ли ты? – сказала ей одна из девушек.

– Вы…вы что, не видите, кто перед вами? – возмутилась Мари.

– Мы-то видим, а вот ты не видишь.

Ты здесь недавно, ничего не знаешь, а суешь нос, куда не просят, а вы, сударь, еще ей почести оказываете.

Луи не вступал в спор. Мари смутилась, но все же продолжала:

– Я вижу перед собой непорядочного человека, который, вероятно, слишком высокого мнения о себе; и он оскорбляет женщин, тогда как его шпага призвана защищать их честь. Это низко.

– Уж помолчала бы, – заявила самая смелая из девушек, Альбина, – сама небось потаскуха, а все туда же – морали читать. Думаешь, не знаем, куда ты метишь? Проповедь нам тут читаешь, а чтой-то не видать твоей постели, где положено…

На лице маркиза появилась бесстыдная улыбка.

Он подошел к совершенно потрясенной Мари, взял ее за подбородок и, глядя в глаза, произнес:

– Так-то, дорогуша, в чужом глазу сучки разглядывать… А если я накажу тебя за дерзость…

– Воля ваша, – ничуть не дрогнув, ответила Мари и с насмешливой и презрительной улыбкой положила свою ладонь на его руку. Он опустил ее.