Прелестник

Да, Мари вдруг поняла, как давно не отдыхала, насколько безутешно протекала ее жизнь, а при мысли, что она позволяла прикасаться к себе тем, кого не желала, ей становилось гадко и хотелось очиститься.

Сейчас Мари, удобно устроившись, прильнула к герцогу. От Луи исходило приятное тепло, ощущение надежности и удобства. Он не убирал своей руки из-под ее головы и временами целовал ее волосы, губы, шею.

Мари первой нарушила долгое молчание, задав неожиданный вопрос:

– Луи… вам приходилось убивать?

– Зачем ты спрашиваешь? – он приподнялся, приблизив свое лицо, будто хотел разглядеть выражение ее лица.

– Вы не ответили.

– Приходилось, Мари, но я не думаю, что сейчас время заводить такой разговор.

– Я хочу знать о вас как можно больше. Вот, у вас и шрамы, и царапины… Франция сейчас не воюет, вы деретесь на дуэли?

– Бывает, а что?

– Похоже, вы все их выиграли?

– Можно сказать и так. Я стараюсь не доводить до дуэли, чаще секундантом зовут – приходится драться.[12 - В XVII веке секунданты тоже должны были драться.

– Ваши противники, вы их… – она не решалась сказать, но Луи развеял ее оцепенение ответом:

– Все живы. Бывало, ранил кого-нибудь, но, слава Богу, до сих пор удавалось решить без смерти.

– Удивительно, я думала, это очень опасно, и, наверное, все ваши дуэли из-за женщин?

– Само собой, и действительно опасно, просто я не люблю смерть, а вида крови не переношу. Раньше в обморок падал, как барышня.

– Не может быть, – не поверила Мари, – как же вы служите в армии?

– Так и служу, дорогая, – к Луи вернулся шутливо-игривый тон.

– Вы крепкий, сильный, – обнимая его, говорила Мари, – и в обморок при виде крови?

– Все говорят, что я здоровый, но чем черт не шутит. От духоты тоже бывает дурно, и в карете иногда укачивает.

– Как же воевать?

– Милая моя, поверь, на маневрах я себя чувствую великолепно. И уверен, что в драке со мной такого не случится.

– Почему?

– Просто уверен и все.

– Луи, я благодарна тебе за то, что ты пришел сегодня.

Он обрадовался:

– Наконец-то на «ты»… Я так и думал, что придется преодолеть приступ высокой нравственности, но не напрасно. Ведь ты не разочаровалась?

– Ни в коей мере.

– Я рад, что мы договорились. Ты осталась и будешь моей…

– О, это уже серьезное заявление, – шутливо отозвалась она.

– Мари, радость моя, провалиться мне на этом месте, если я вру. Я хочу тебя до безумия.

Луи немедленно перешел в наступление, и Мари с радостью приняла вызов.