Чужеземец. Книга вторая

Тяжело вздохнув и зачем-то встряхнув руки, я подошёл к своему первому пациенту. Первым делом прочитал риху, которая, если верить описанию, когда-то мною прочитанному, должна помочь страдальцу не загнуться. Пришлось перед началом работы рявкнуть на присутствующих, чтобы заткнулись и не галдели. Мало ли чего, собьюсь во время чтения и вместо того, чтобы вылечить, добью больного. В зале повисла напряжённая тишина, видно все прониклись и прислушивались к тому, что я там бормочу.

Решил не надеяться на свою память, сунул свою книгу в руки Альме, чтобы держала, а сам стал читать сложный текст, держа руки над несчастным. Примерно минуту у меня ушло на произношение рихи, это не боевое заклинание, произнести его было намного сложнее. Закончив, посмотрел на больного, но никаких изменений не увидел, только щёки вроде бы немного порозовели. Прочитал вторую сложную риху – тоже без изменений. Лишь когда я повторил свои заклинания по три раза, стало явно заметно, что щёки стали розовыми.

– Всё, – выдохнул я. – Сделал всё, что мог. Унесите его в комнату, если повезёт, то выживет.

– Спасибо, – поблагодарил парень, который тоже наблюдал за процессом. – Возможно, Радур смилуется над своим воином и дарует ему здоровье.

– А при чём тут Радур? – Возмутился я. – Ничего, что мне пришлось свои силы на твоего человека тратить? Вот же наглец какой. Бог войны к излечению твоего человека своих рук не прикладывал.

– И не говори, – поддержала меня Альма. – Помогаешь вот таким людям, а они норовят всё себе приписать.

– Простите, – улыбнулся парень. – Что я Вам за помощь должен?

– Мне ничего, – пожал я плечами, – а вот бога Марэда за помощь не забудь поблагодарить.

Улыбка с лица задиры сразу же пропала.

– Я поклоняюсь Радуру, – нахмурился он. – Мне невместно другим богам поклоны бить.

– Никто тебя бить полоны не заставляет, – теперь уже улыбнулся я. – Просто поблагодари его за помощь.

– Это одно и то же, не стану я этого делать.

– Тебя как зовут?

– Вольмер, – буркнул парень.

– Так вот, Вольмер, представь, что ты служишь какому-нибудь барону или графу, не важно.