Шапка Мономаха

– А нам тоже в монастырь надо, – быстро сказал Олекса, кинув взгляд на Добрыню.

Медведь молча подвязывал к седлу дубину.

До монастыря на залесенной горе доехали, никого более не встретив. Казалось, земля замерла и притихла после недавнего содрогания от ужаса и плача о своих детях. Но покой ее был настороженным и чутким, готовым вновь перейти в стоны.

– В лесу прячутся люди, – повестил Добрыня, вслушиваясь в птичьи звоны.

В обители тоже искали убежища смерды из окрестных сел. С потухшими взглядами они бродили по двору, сидели под тыном, бабы и девки, сбившись в круг, не то пели тягуче, не то выли.

– Целы-здоровы, братия? – зычно вопросил Душило. На его голос отовсюду – из келий, амбаров, мыльни и хлебни – повысовывались иноки.

– Молитвами брата Нестора живы и целы, боярин, – ответили ему с поклоном. – Если б не он, шли бы мы сейчас с веревкой на шее в степи незнаемые, к сыроядцам поганым.

– А где ж сам он?

– Да в келейке своей, над пергаменом корпеет.

Душило попросил показать ему келью книжника, но, сделав два шага, вдруг сел на землю.

– Не могу. Вытащите из меня, братия, клятую железку. Да меду бы испить.

Пока спешно призванный монах-лечец занимался раной боярина, Олекса погулял по двору, полюбовался узорной храминой. Потом остановил чернеца, самого благообразного с виду.

– Отче, нам бы крещение принять.

– А много вас? – осведомился инок.

Попович взглядом показал на Добрыню, занятого конем.

– Много, – согласился монах. – По силушке десятерых стоит?

– Со мной – трех дюжин.

– Покрестим, – обещал чернец.

От келий к дружиннику, скрипящему зубами, скорым шагом приблизился невысокий монах с гладко зачесанными назад волосами. Руки у него были перепачканы чернилами.

– Душило! Ты ранен?

Лечец щипцами вытянул наконечник стрелы и бросил в подставленную ладонь боярина.

– Несколько лишних дырок в решете, – пожал плечами Душило. – О твоих подвигах я также наслышан, Нестор.

– Ничего, перемелется его досада, мука для хлеба будет, – благодушно молвил чернец.

– А я ведь за тобой приехал, Нестор. Собирайся в Переяславль.

– Что мне делать в Переяславле? – опешил книжник.

– Пергамен марать, что ж еще. Не веретеном же трясти.

– Не поеду.

– Янь Вышатич прислал мне грамоту, чтоб я тебя любым средством отсюда выволок. Хоть связанным и в мешке.