Улан Далай

Баатр пошевелил затекшей шеей, похлопал мальчика по ноге.

– Ты давай, Очирка, не молчи.

Очир заерзал.

– Мне, дядя, нужно облегчиться.

Выбрались из толчеи, примочили вытоптанную траву. Несмолкаемое «ура» оглашало степь. Станичный люд махал картузами. Атаманы потрясали хоругвями.

– Обратно не влезем, – оценил обстановку Баатр. – Давай телегу поближе подгоним.

Подогнали, развернули задом, встали во весь рост, открылся полный обзор. Самодержец восседал на лошади, перед ним, задрав голову и взяв под козырек, стоял невысокий пузатый человек в мундире.

Он что-то говорил, время от времени пружиня коленями, словно пытался выпрыгнуть из сапог.

Вспомнил Баатр, как обрадовался Бембе, когда прискакал на хутор вестовой. Хуторяне не знали, какие такие японцы и что с русским царем не поделили, не казачьего ума дело. На то казак и родился, чтобы царю пригодиться. Бембе в момент оседлал коня – и к атаману. А там уже очередь выстроилась – молодые да резвые, все в бой рвутся; к тому же стало известно, что по 100 рублей дадут каждому на лошадь и обмундирование.

А надо всего пять человек.

Кота Шульбинов привел своего старшего сына и сказал:

– Нам сто рублей не нужны, пусть пойдут в общую казну. Я на свои деньги сына соберу!

Атаман созвал старейшин. Устроили среди добровольцев состязание: джигитовка, рубка и рукопашная борьба. Бембе первым номером вышел, хоть ему уже за тридцать зим. Только он на всем хуторе с обеих рук шашкой рубить способен. А Шульбинова сына и с конем не взяли – старики сказали:

– Позора не хотим!

Бембе так обрадовался – будто уже войну выиграл.

100 рублей на хорошего строевого коня не хватило: барышники как узнали про мобилизацию, тут же подняли цены – так Бембе сдал в аренду на пять лет пай пахотной земли тому же Шульбинову. Но зато и конь, и седло, и шашка что надо!

– Дядя, а сколько дней надо кочевать, чтобы до японцев добраться?

– Год, наверное, – предположил Баатр. – Но твой отец вместе с конем на поезде поедет.

– Я когда вырасту, тоже пойду воевать с японцами, – решительно сказал Очир.

– Не успеешь, – засмеялся Баатр, – их раньше победят.

– А с японцами за что воюют?

– За землю.

– За русскую?

– Нет.

– За японскую?

– Нет.

– За чью?

– За маньчжурскую. Калмыцкие предки – ойраты – с маньчжурами много сражались.

– Победили?

– Проиграли, – нехотя признался Баатр.

– А теперь отец Маньчжурию завоюет! – уверенно заявил Очир.

– Завоюет! – подтвердил Баатр.